Черная вода

Тенгель Злой понял, что Натаниель уязвим. Ему плохо от ядовитого духа Тенгеля. Негодяй мог теперь из-за любого поворота выпустить ядовитое облако — прямо в лицо Натаниелю, и тому бы пришел конец.

Борьба шла не так, как надеялся Натаниель. Он понимал, что отсутствие определенного плана действий является большим упущением с его стороны. Но какие планы можно было строить применительно к такому коварному и изменчивому существу, как Тан-гиль, о котором, к тому же, имелось так мало сведений?

И снова он был в тесном, темном проходе.

«Я должен выйти отсюда… — вертелась у него в голове единственная мысль. — Я должен выйти, иначе я умру».

Но он продолжал идти дальше.

Он был уверен, что борьба закончена. Он проиграл.

Как ему теперь угнаться за Тенгелем? Ведь он едва держится на ногах. У злобного старикашки будет время, чтобы открыть свой кувшин.

Но тут что-то пронеслось мимо него, устремившись за Тенгелем.

Он слышал рычанье разъяренных животных, кусающих, рвущих, грызущих.

Натаниель понял, что пронеслось мимо него.

И не случайно ему было поначалу трудно узнать, что это за существа.

В мире людей такие животные не встречаются. Это были двое адских псов, вернувшихся обратно!

Тенгель Злой вопил во все горло:

— Остановитесь! Пошли прочь! Прочь! Сгиньте! Но разъяренные псы не отступали.

Сначала Натаниель недоумевал, как они могли попасть сюда, но потом понял, что лед, покрывающий пещеру, вход в которую проделала ясная вода, растаял — и собаки нашли его.

— Вытащите его на свет! — крикнул Натаниель, перекрывая своим голосом рычанье и лай.

— Нет, нет! — вопил Тан-гиль. — Я не причинил вам никакого вреда! Оставьте меня, прочь! Прочь!

Судя по его крикам, псы потащили его на открытое пространство.

Сквозь лай, урчание и лязг зубов слышался голос Тан-гиля:

— Не моя вина в том… Я ничего не мог поделать… Вы стояли у меня на пути… были для меня препятствием, . , и я вынужден был… Ой, сатанинское отродье, перестаньте! Мне нужно было навестить ваших властителей… чтобы договориться с ними… Но я не мог пройти мимо вас… мне пришлось… О-о-ой! Нет, не рвите мой плащ, нет!

Эту тираду завершил долгий, устрашающий вой.