Гуров не церемонится

– Значит, можно считать практически доказанным, что первые два преступления были совершены им и его бандой, – сказал Лев Иванович, и Мукосеев, подтверждая, кивнул. – А третье?"

"– Так та выжившая проститутка, когда поправилась, рассказала все, что слышала и видела, – продолжил свой рассказ Илья Семенович. – Оказывается, водка та была заранее куплена Волчарой, чтобы удачное завершение дела отметить. Но заметим! Сам он никогда водку не пил, а только шампанское. Он вообще красивую жизнь любил, чтобы и одежда, и обувь, и все остальное только наивысшего качества, и курил исключительно красные «Мальборо».

– То есть он заранее спланировал ликвидировать всех своих сообщников, чтобы ни с кем не делиться. Волчара велел своим подчиненным отвезти барахло на хазу, чтобы никаких подозрений у них не вызывать, а все самое ценное оставил при себе – думаю, у мэра он взял немало, – предположил Гуров.

– Если бы только у него! – хмыкнул Илья Семенович. – Та же проститутка сказала, что, как она поняла, Волчара Кнуту его долю повез, а потом собирался к ним присоединиться, сказав, однако, чтобы начинали без него.

– А вот присоединяться он и не собирался. Тогда получается, что Кнут – тоже его рук дело? – спросил Лев Иванович.

– Чье же еще? – невесело рассмеялся Мукосеев. – Время-то было какое? Ни банкам, ни рублю доверия не было.

– И Кнут держал общак дома и в валюте, – все поняв, продолжил Гуров.

– Конечно, нет, – подтвердил Илья Семенович. – При нем и охрана была, и девка его постоянная. Красивая такая! Только, когда судмедэксперты вскрытие трупов проводили, оказалось, что и у Кнута, и у охраны в крови снотворного немерено, и их уже сонных зарезали.

– То есть у Волчары в доме Кнута был сообщник? – воскликнул Лев Иванович.

– Была, – поправил его Мукосеев. – Именно эта девка и была! Любил ее Кнут и, видимо, секретов от нее не имел. Она-то снотворное всем и подсыпала, а потом Волчаре дверь открыта. Чем уж он девок брал, не знаю, совсем не красавец, но вешались они на него, вот, видно, и эта не устояла. Что уж он ей наобещал, мы теперь никогда не узнаем, но клюнула она на это, предала Кнута. Может, и к лучшему, что Волчара ее зарезал, прямо в сердце нож вогнал, так что не мучилась она.