Гуров не церемонится

 – Когда это я вас, шантрапу, боялся?

Парни помялись и отошли, причем Гуров даже не стал смотреть, куда именно, но, видимо, недалеко, потому что довольно явственно услышал звук звонкой затрещины, а через несколько минут к нему подошел хорошо одетый мужчина приблизительно его возраста и, присев напротив, стал внимательно разглядывать.

– Хромает у тебя дисциплина, Седой, – заметил Лев Иванович."

"– Да, учишь-учишь их, дураков, а все без толку, – небрежно ответил тот. – Значит, ты и есть легендарный Гуров, от которого еще никто не уходил.

– Примус починяешь, – в тон ему заметил Гуров.

– Не все в деревне дураки, Булгакова читали, – усмехнулся Седой.

– Да не к тебе я приехал, – успокоил криминального авторитета Гуров.

– Уже радует, так о чем базар пойдет?

– Седой, ты либо крест сними, либо трусы надень, а то Булгаков и «базар» как-то друг с другом не вяжутся, – поморщился Лев Иванович.

– Хорошо, давай поговорим как двое людей, которые читали Булгакова, – согласился Седой.

– А речь пойдет о делах давних, – сказал Лев Иванович.

– То есть все сроки уже вышли? – уточнил тот.

– Ну, по мокрым-то они никогда не кончаются, но они меня сейчас как раз не интересуют.

– Еще больше радует! – с воодушевлением заявил Седой. – Так что ж тебя интересует?

– Волчара, – объяснил Гуров. – Илья Семенович сказал, что вы его кончили.

– Ты же сказал, что не по мокрым, – напомнил криминальный авторитет.

– Седой! Мне нужно быть уверенным в том, что вы, то есть не ты именно, а кто-то из ваших его точно кончил, – объяснил Лев Иванович.

– Точнее не бывает, – кивнул уголовник.

– Седой! От твоих слов сейчас очень многое зависит. Пойми меня правильно, – твердо сказал Гуров.

– Тьфу, ты! Да что ж ты недоверчивый какой? – воскликнул тот. – Ну, слово вора тебе даю! Это тебя устроит?

– Вполне, – ответил Гуров и незаметно для того с облечением вздохнул.

– Правильно сказал, он это все и сделал. Да вот только были у него две особенности, которые уже не изменишь, – явно радуясь тому, что может продемонстрировать свое превосходство над ментом, произнес Седой. – Кровь у него четвертой группы, резус отрицательный, мы через военкомат это выяснили.