Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Горло сдавило, на глазах выступили слезы. Вот я и стала мамой. Меня признали. Малышки сами сделали для себя выводы. Возможно, толчком послужило то, что Гейб прилюдно объявил меня своей невестой. Девочки уже достаточно большие, чтобы знать: невеста – это будущая жена. А как называется жена папы? Правильно, мама. Всё логично, по крайней мере – для таких крох. Но для меня эти их слова всё равно стали сюрпризом, очень приятным сюрпризом."

"В этот момент я обратила внимание, что Гейб держит подмышкой пару подушек и одеял, а в другой руке – сложенную надувную кровать.

Я в очередной раз за вечер захихикала, уткнувшись ему в плечо. Смех был слегка нервным, тут смешалась реакция и на слова девочек, и на поступок Гейба.

А с другой – не отказал себе в удовольствии разбудить парней не самым нежным способом. И в этих его действиях я чётко видела отца, недовольного выбором дочерей, но, не имея возможности что-то изменить, тешащего себя мелкими пакостями в отношении будущих зятьёв.

Когда Гейб развернулся в сторону нашей спальне, я тормознула его.

– Подожди. Давай сначала разберёмся, где будут спать остальные. Где ты взял подушки и одеяла?

– Во второй спальне для гостей. Близнецы должны были спать там.

– Значит, она теперь свободна? Думаю, в этом случае туда нужно поместить Роба – там ему будет удобнее, чем на кровати Томаса.

– Пожалуй, – кивнул Гейб. – Ноги у него точно свисали бы.

– Значит, селим его в комнату для гостей, а для этого нужно достать для него другую подушку и одеяло.

Что-то бурча себе под нос на тему, что даже с Томасом не приходилось столько нянчиться, и парень уже взрослый, мог бы и сам найти, на чём поспать, Гейб всё же прошёл в нужную комнату, вынул с антресоли подушку и одеяло, а из стенного шкафа – постельное белье, швырнул всё это на кровать и решительно вывел меня из комнаты, продолжая недовольно ворчать:

– Сам заправит, не маленький. И зачем ему вообще одеяло, вы вроде бы не мёрзнете.