Черная моль

Джон покорно опустился в кресло и стал вертеть шпагу в руках.

Диана указала на позолоченную рукоятку.

— Если не ошибаюсь, сэр, там есть корона.

Глаза милорда проследили за тонким розовым пальчиком и остановились на гербе Андоверов. Как это похоже на Трейси — выставлять свой титул напоказ везде и всюду, даже на рукоятке шпаги!

— Да, — осторожно согласился он, — похоже на то…

— И это не стекляшки, а самые настоящие бриллианты! А вот это — рубин.

— Не стану спорить, мадемуазель, — снова согласился он.

— И еще мне кажется, что вот этот большой камень — изумруд…

— Боюсь, что так.

— Дорогая игрушка! — воскликнула она и пристально взглянула на Джека.

— Да, работа искусная, но тем не менее, это всего лишь кусок стали, не более, — вежливо ответил милорд, играя рапирой.

— Очень дорогая игрушка! — упрямо повторила она.

Джон вздохнул.

— Что правда, то правда, мадам, — затем его осенило. — Вижу, у этого мистера Эверарда пристрастие к дорогим вещам!

— Вполне возможно. И мне кажется, что этот мистер Эверард вовсе не из простых сельских джентльменов, раз может позволить себе удовлетворять такие прихоти!

При мысли о Трейси, изображающем из себя простого сельского джентльмена, Карстерс прикусил губу, чтоб скрыть улыбку, и удрученно покачал головой.

— Вы намекаете, что он заполучил эту шпагу нечестным путем, мадам?

Ямочка дрогнула и исчезла.

— Мне кажется сэр, вы просто играете со мной! — с достоинством ответила она.

— Я в замешательстве, мадам…

— Рада слышать это. Полагаю, что мистер Эверард был куда более важной персоной, чем притворялся.

— Честно говоря, это не слишком достойная уловка, чтоб обмануть даму.

— Хотелось бы все же знать, права я или нет. А что, если он действительно какой-то знатный джентльмен?

— Могу заверить вас, мадам, в этом мистере Эверарде мало что осталось от джентльмена.

Мисс Бетти рассмеялась.

— Получила, моя дорогая? Впрочем, все эти споры совершенно бесполезны, к тому же невежливо слишком давить на мистера Карра.

Диана надула губки.

— Но он сам меня провоцирует! — в глазах ее светился упрек.

— Я в отчаянии! — жалобным тоном протянул Джек, но в глазах его танцевали смешинки.

— А теперь смеетесь!

— Но, мадемуазель, ведь и вы тоже смеетесь!

Она покачала головой и окончательно изгнала ямочку у губ.

— Тогда я безутешен…

Карие глаза заискрились, губы раздвинулись в улыбке, несмотря на все старания держать их в виде жесткой линии.

— Ах, какой же вы смешной! — воскликнула она и вскочила на ноги.