Чёрная книга ворона

Сергей видел всё это, и ему нравилось.

– Димочка, ты должен это сделать, и долга больше не будет, наёмники встретят тебя с лучшими моими рекомендациями.

Дмитрий с ненавистью и покорностью посмотрел на хозяина заведения и сказал последнее своё слово:

– Хорошо, Сергей, сделаю, как ты просишь, ведь мне больше нечего терять, остаётся только в тюрьму, но туда не хочу. Ты издеваешься и шутишь, шути, пока можешь.

Сергей хищно оскалился и махнул рукой: – Дорогой Димочка, твоя комната на третьем этаже, мои свободные девочки подготовят тебя.

Тебе понравится, кому как не мне это известно.

Дима покорно встал с кресла и вышел из комнаты, ему больше нечего терять, вдруг вспыхнуло желание отомстить, мир поимеет его в самом прямом смысле слова. Ведь как легко пустить себе пулю в лоб, порезать вены, сражаться. Что такое сражаться за жизнь? Сергей подсадил на наркоту, эту сломало его мужское эго, теперь он пай-мальчик для кого-то. Он закрыл глаза, слёзы больше не текли по его измученному лицу.

Одна из девочек подошла к нему. Выглядела она очень сексапильно. Ярко-рыжие волосы, красная помада на губах, короткое, под цвет помады, платье с разрезами по бокам плотно прилегало к телу. На её ножках были красные чулки в сеточку и туфли на высокой платформе того же цвета, что и всё остальное. Она мило улыбнулась и поманила за собой пальчиком. Дмитрий сглотнул слюну, его мужество выпирало из штанов, он желал её прямо сейчас, ноги сами вели его за девушкой, он извращённо лапал её глазами.

Она привела его в комнату и нежным голоском сказала:

– Снимай свои тряпки и иди умойся, дорогуша, там ты найдёшь бритву и клизму, уборная близко.

Она была ангельски хороша, такая, для которой сделаешь всё, её улыбка и рыжий цвет волос говорили об одном – она демоница в оболочке ангела. Дмитрий скинул с себя одежду и прошёл в ванную. Закрыв дверь, включил холодную воду, чтобы успокоиться, после минутного снятия напряжения глянул в зеркало. С той стороны на него смотрело небритое уродище, бомж, которого пинают все подряд.

Дмитрий сбавил обороты холодной воды, прибавил горячей и полез отмокать в ванну. «Почему моя доля на жизненном пути так тяжела? – размышлял он, рассматривая свою вену. – Если сейчас умру, то буду полностью свободен и никому не должен. Так что, может, лучше погибнуть, зато не будут унижать, как последнюю суку?» Прикрыв глаза, он представил себе, как попадает на божий суд, как молит о прощении.