Черная башня

О смерти Мэгги он даже не заговаривал, а формальные соболезнования Дэлглиша принял весьма холодно, точно проявление плохих манер. Да и вообще держался Энсти так, будто, добровольно отказавшись от Тойнтон-Грэйнж, мгновенно сбросил с плеч какую бы то ни было ответственность и перестал даже интересоваться судьбой своего детища. Осталась лишь его двойная навязчивая идея — чудо исцеления и паломничество в Лурд.

Инспектор Дэниел и судебная лаборатория времени зря не теряли. Дознание проводилось ровно через неделю после гибели Мэгги — неделю, во время которой обитатели Тойнтон-Грэйнж, похоже, также старательно избегали Дэлглиша, как и он их.

И вот этот день настал. На дознании не присутствовало никого из пациентов Тойнтон-Грэйнж, кроме Генри Каруардина, что тоже удивляло, так как его не вызывали давать показания. Пока публика почтительно ждала, рассыпавшись по двору суда беспорядочными группками, как всегда бывает после наиболее мрачных общественных ритуалов, Каруардин энергичными движениями рук подкатил кресло к тому месту, где стоял Дэлглиш.

"— Я, конечно, понимаю, что вам в отличие от меня эти церемонные попытки увязать болтающиеся концы законов не в новинку. Однако сегодняшнее действо было не лишено интереса, правда? С технической и научной точки зрения —далеко не так завораживающе, как дознание по поводу смерти Холройда, зато чисто по-человечески куда живее.

— Вы говорите как знаток дознаний.

— Если у нас в Тойнтон-Грэйнж и дальше продолжится нечто подобное, скоро стану таковым, А Хелен Рейнер сегодня прямо звезда дня. Этот невообразимый костюм и шляпка, в которых она появилась, насколько я понимаю, государственная униформа медсестер. Мудрый выбор. Волосы зачесаны, минимум макияжа, общее впечатление безукоризненного профессионализма. «Возможно, миссис Хьюсон полагала, будто между мной и ее мужем существуют какие-то более близкие отношения.