Человек с котом

Странно, но ужас от осознания этого факта многократно превысил тот, который он испытывал от неизбежности тесного знакомства с развитым зараженным. Страх, отчаяние, паника захлестнули его с такой силой, что в глазах потемнело, а затем по глазам ударило ярким светом, он оказался в совершенно другом месте, уютном и безопасном. Но ему все еще мерещилось, что продолжает лететь, вытянувшись в прыжке, тело невольно дернулось, с болью, с трудом покатилось было к краю узкой койки, но вовремя остановилось, подчинившись голосу разума.

Это всего лишь дурной сон. Один из многих неестественно реальных и одновременно абсурдных кошмаров, которые одолевают его в последние дни.

Обессиленно развалился на спине, уставившись в потолок, белоснежность которого нарушалась лишь черным глазком крошечной камеры, уставившейся вниз.

Скрипнула дверь, мелодичным голосом осведомились:

– Карат, опять кошмары?

Это милашка Грета – из всех, кого он здесь видел, она самая приятная. Хотя если говорить честно, у нее пока что нет конкуренток, сравнивать можно лишь с неряшливым толстяком Джинсой и молчальником Краповым.

Никого другого Карат здесь до сих пор не видел. От Шуста он знал, что в этом стабе должно проживать на порядок больше людей, чем в ныне разгромленном Кумарнике, но так уж получилось, что сюда он попал в беспамятстве, в себя пришел уже в отдельной больничной палате, за ее стены хода не было, да и не очень-то побродишь на искалеченных разрывом гранаты ногах.

Чуть скосил голову. Грета заглянула одна, остальных его сновидения не очень-то интересовали. Ну да, далеко не ВИП-пациент, нет смысла устраивать столпотворение вокруг рядового бродяги Улья.

– Приснилось, что ты подстриглась под мальчика. Худший из всех кошмаров, после такого я точно поседею.

Грета улыбнулась улыбкой женщины, которая знает себе цену. Симпатичная, лет двадцати семи, но в Улье нельзя ориентироваться по внешнему виду, так что на деле ей может оказаться куда больше.

Главное украшение – огненно-рыжие роскошные волосы, опускающиеся гораздо ниже лопаток. Чтобы держать такую шевелюру в идеальном порядке, ей, должно быть, приходится каждый день тратить уйму времени. Но это того стоит, результат трудов выглядит так эффектно, что на все прочее смотришь уже без придирчивости. То есть ей приходится идти на некоторые жертвы ради того, чтобы ее самая сильная сторона оставалась столь же сильной, и намек Карата приятен.