Человек-невидимка в стразах

Когда Римма Марковна внезапно решила забрать Тему из школы, Маргарита Семеновна долго уговаривала мать не спешить, приводила разумные доводы:

– Артем необычный мальчик, он едва сумел влиться в коллектив, к нему уже привыкли. А что будет на новом месте?

– Мы переезжаем, – пояснила Васюкова, – новая квартира находится на противоположном конце Москвы. Тема очень рассеян, его придется сопровождать на занятия, а то еще потеряется в метро. А у меня ведь работа. Нет, надо его переводить…

В плавный рассказ директрисы ворвался слегка визгливый дискант:

– Можно?

– Конечно, – царственно кивнула Яценко, – Амалия Карловна, знакомьтесь, это Арина Виолова, известная писательница.

– Очень приятно, – настороженно сказала учительница.

– Пожалуйста, побеседуйте с ней в библиотеке, – приказала директор.

– Что-то случилось? – спросила Амалия Карловна, впуская меня в небольшой зал, где пахло пылью и старыми книгами.

– Вы знали Артема Васюкова? – я решила сразу перейти к основной теме.

– Конечно, – заметно расслабившись, ответила преподавательница, – я веду историю искусств, Тема был мой лучший ученик.

Он интересовался художниками, великолепно рисовал, хотя его работы были… э… странными.

– Что вас удивляло? – поинтересовалась я.

– Не могу объяснить, – нахмурилась Амалия Карловна. – Творчество Босха знаете?

– Артем обладал болезненной фантазией? – догадалась я."

"– Все настоящие художники видят мир криво, – вздохнула Амалия, – у Темы были не детские работы. Помню, он показал мне акварель, написанную нежными красками, все в голубых и розовых тонах.

Представьте спальню маленькой девочки, такой типичный домик Барби. Кровать в виде сердца, занавески в рюшечках, повсюду плюшевые игрушки. А на полу, на ковре, сидит мужчина, одетый в белую рубашку и пиджак и… в короткую юбку, из-под которой весьма реалистично торчат две волосатые ноги в носках и грубых ботинках. Вместо головы у него дрель, при помощи которой монстр высверливает сердце у куклы с романтично-голубыми волосами. На лице Барби страх, на ковре кровь. Ужасный симбиоз детской комнаты и преступления! Я просто окаменела. Это было произведение искусства, оно ошеломляло. Зрелая работа. И название! «Счастье чужой души». Мне более никогда не встречался семиклассник, способный на подобное.

– Похоже, у ребенка были проблемы с психикой, – покачала я головой. – Вы сообщили его матери о рисунке?

– Конечно, – кивнула Амалия Карловна, – я посоветовала ей обратиться к специалисту.