Человек будущего. Воспитание родителей. Часть 1.

Получается, что

многие погибшие цивилизации попросту не сумели замкнуть цикл своего

развития в кольцо. Порция Божественной энергии приводила к появлению

мистических откровений, возникновению религий, появлению высших форм

духовности. На этой благодатной почве пышно произрастали ростки культуры,

соединяющие религиозно-мистическое видение мира с реальной жизнью

человека, меняя его и развивая.

Мощная религия и культура давали взлет способностей, деловой энергии

человека.

развивалась цивилизация. Меняющаяся среда меняла человека, и то, что раньше

было уделом отдельных просветленных людей, постепенно становилось нормой

для каждого. Материальное становилось все более духовным. Духовное тяготело к

мистике и религии. А затем общество подходило к главному рубежу, когда все

духовное, постепенно подходя к высшим аспектам, должно было опять

превратиться в любовь и вернуться к Творцу.

Для всех предыдущих цивилизаций этот барьер оказался непреодолимым,

поэтому они исчезли с лица земли. Иуда не смог победить духовность, правоту и

справедливость. Он был обречен. Общение с Христом ускорило все процессы,

происходящие в его душе. Его самоубийство не намного ускорило процесс гибели.

В какой-то момент я понял, что подразумевалось во фразе: «Вошел же сатана в

Иуду». В то время хлеб был единственной и часто главной пищей для бедного

народа.

сказал своим ученикам: «Один из вас предаст меня», это была попытка спасти

Иуду, помочь ему преодолеть поклонение своему сознанию. Иисус взглянул Иуде

в глаза и понял, что его душа не справляется и не может идти за любовью. Тогда

Христос дал ему последний шанс. «Опустивший со Мною руку в блюдо, этот

предаст Меня», - сказал Он. Мне кажется, это означало следующее: Меня предаст

тот, для кого хлеб важнее всего в жизни - важнее слова Божия и любви Божией, - и

после этого, обмакнув хлеб, Он подал его Иуде.

увидел, что Иуда обречен. Барьер духовности и правоты оказался для него

непреодолимым. После этого Христос сказал: «Что делаешь, делай скорее». Он

понял, что спасти Иуду невозможно.

Его ученик сделал выбор. Для него духовное однозначно стало важнее любви.

Он не мог простить Учителя.