Человеческий улей

И внезапно налетел столь дикий аппетит, что Карат, не выдержав, вскрыл найденную в рюкзаке банку тушенки, и начал жадно давиться крупными кусками сомнительного мяса и жира. Гадость явная, такая даже подогретая не ахти, а уж холодная просто тошнотворна, но его это не останавливало, слопал всю, до донышка. Хотелось еще, но волевым усилием остановил себя: сидит возле свежего трупа; несколько раз за последний час находился на волоске от смерти; по соседнему участку бродит разозленный лотерейщик. В общем, если решил прямо сейчас устроить плотный обед, заниматься этим следует в куда более безопасном месте.

Пора уходить из этого поселка. Слишком много приключений.

Осталось последнее дело.

* * *Мертвяк, который ползком пытался догнать обидчика, так и лежал у стены. Присев, Карат поработал ножом, выпотрошив споровый мешок. Пусто, лишь черная бесполезная субстанция. Значит, надо радоваться тому, что его едва не подстрелили. Не собери он трофеи с поверженного противника, остался бы без живчика.

И, скорее всего, на этом его биография завершилась. Не дотянуть ему до вечера без этой животворной гадости.

Со стороны места гибели стрелка донеслось довольное урчание. Лотерейщик добрался до сладкого мяса и радуется.

А это еще что такое? В пяти шагах сидел тот самый котяра и внимательно смотрел на Карата. Тот, конечно, был зол на животину, оставившую его без очень нужного трофея, но этих своенравных созданий он уважал с детства, так что не стал срывать с плеча винтовку. Если бы под горячую руку сразу попал, могло случиться всякое, но сейчас гнев уже изрядно остыл. К тому же, если вспомнить подробности, так именно серый выручил его в пяти секундах от знакомства с клыками и когтями лотерейщика.

Кот, поймав взгляд Карата, опустил голову, на асфальт выпала виноградина спорана. Чуть отойдя, сел, уставился на человека. А тот, подняв отданное, внимательно изучил. Глубокие борозды от зубов, серый, похоже, остервенело грыз украденное. И частично это ему удалось, откололось процентов пять массы, если верить глазам.

— Тебе что, тоже эта дурь для выживания нужна? — удивился Карат.