Человеческий улей

К тому же нога, которая с утра вообще не болела, теперь начала давать о себе знать, жалуется на долгую прогулку. Ей покой нужен, но какой тут может быть покой. В общем, бегун из него сейчас не первоклассный, быстро догонят.

Кстати, насчет крыши — отличная идея. Хоть какая-то фора будет, ведь если останется на земле, они помчатся на него безо всяких препятствий.

Свернул в проход, дошел до его конца, там начал искать возможность забраться наверх. Высоковато, и лестниц не видать. Зато кто-то оставил машину у стены, с ее крыши он легко дотянется до края.

— Кот, тебя туда брать?

Тот не ответил, и Карат, сочтя молчание согласием, ухватил его под брюхо, закинул на крышу, вскарабкался следом. Еще раз проверил ружье. Пять патронов в магазине, один в стволе. Все с картечью, пулевые убрал. Твари не из сильных, черепа у них если и крепче человеческих, то ненамного, так что не надо перебарщивать.

Пули могут пригодиться против тех, для кого картечь или тем более дробь — легкая щекотка.

Тихо подкрался к самому краю, посмотрел вниз.

Мертвяки так и стояли у ворот не сводя с них глаз. Не видели Карата, не слышали, и даже запах не почуяли. Все внимание сосредоточено на гараже, уже не урчат, а чуть ли не поскуливают от бессилия.

Поднял ружье, прижал приклад к плечу, прицелился в ближайшего, метя в шею, потянул за спусковой крючок. Бабах! Есть! Падает, нелепо взмахнув руками, будто взлететь хотел.

Минус один.

Оставшиеся твари потеряли интерес к гаражным воротам, сорвались с места, кинулись на Карата. И тут их ждал жестокий облом — он стоял на недосягаемой высоте.

Прыгнули обе, но зацепилась лишь одна, да и то кончиками пальцев. И тут же полетела вниз — рой картечин, не успев разлететься, проломил макушку черепа и полетел дальше превращая мозги в кровавую кашу.

Если то, что располагается у них в головах все еще можно называть мозгами.

Третья, поняв, что здесь ей не забраться, огорченно заурчала и бросилась бежать вдоль стены. Не убегала, опасность ситуации не оценила, искала возможность легко и быстро оказаться наверху.

Карат достал ее в спину, но та, упав, начала проворно подниматься. Прицелившись, добил следующим выстрелом, спрыгнул вниз, нога на такой трюк отреагировала вспышкой боли, не удержался от вскрика и громкого ругательства.

Сильно хромая, дошел до ворот гаража, с которого только что снял осаду, легонько постучал прикладом, и, перезаряжая ружье, произнес:

— Добрый день, к вам гости.

В ответ тишина.

— Я всех тут успокоил. Открывай, я знаю, что ты там.