Часовое имя

— Эти горцы поклоняются золоту во всех его проявлениях, — добавила она. — Ведь золото чуть ли не единственный природный материал, не подвластный времени.

Зиккур приветственно развел руки в стороны, и, словно повинуясь его жесту, лестница стала прежней. Василиса из интереса даже посчитала ступеньки — ровно тридцать три.

Зиккур повел их в дом по длинному, плохо освещенному коридору, мимо одинаковых железных дверей. Черная Королева с Василисой почтительно следовали на некотором расстоянии.

— Вот в этих комнатах, Василиса, и живут прорицатели, — тихо говорила Черная Королева.

 — Здесь они составляют гороскопы, изучают множественность временных параллелей, составляют клубки чужих судеб… Если бы не Астариус, которого прорицатели уважают почти так же как и самого Властелина Времени, вряд ли бы наше собрание состоялось. Люди не очень благосклонны к ним, ведь эти ребята не только умеют поразительно точно предсказывать будущее, но и связаны обетом говорить одну лишь правду.

Василиса подумала, что, судя по всему, эти прорицатели вообще не любят говорить, но спросила шепотом:

— А зачем мы пришли сюда? Чтобы узнать свое будущее?

— Не совсем.

Хозяева этих мест редко прорицают людям и только в том случае, если сами захотят. Мы лучше спросим у них о ближайшей судьбе Расколотого Замка. Ну, вот и Круглый зал, слава древним часам.

Повинуясь приглашающему жесту молчаливого Зиккура, Василиса первой вошла в стеклянную дверь, да так и застыла в восхищении.

Зал оказался идеально круглым. Его ровный пол был сделан в виде циферблата часов с ярко-красной восьмеркой посредине.

Стены и потолок, сливавшиеся в единый высокий купол, венчала люстра из сотни светильников, похожих на маленькие белые луны. Но больше всего Василису поразили статуи из хрусталя, расставленные по кругу. Каждая из них изображала фигуру знака зодиака, держащего одну из цифр часового круга. Невольно девочка нашла статую Рака — свой знак рождения — и увидела в его хрустальных клешнях светящуюся ярко-синим цифру «семь».

— Пошли, милая, — поторопила ее королева.

 — Видишь, мы уже не первые.

В центре напольного циферблата, возле одного из кругов красной восьмерки, стояла женщина в длинном серебристо-белом платье, с яркими рыжими волосами и короной с острыми зубцами молочного цвета. В руках она держала прозрачно-белую, словно из чистого льда, стрелу длиной в полметра.

Василиса остановилась, чуть не наступив на подол платья Черной Королевы.

— Спокойно, дорогая, — прошептала та. — Держи себя в руках.