Чаща

Жалкое действо, рожденное полным отчаянием, достойное лежащего на животе ребенка.

Камень полетел. Даже попал в старого хиппи, но броску очень уж не хватало силы. Теперь-то я понимал: Айра заранее все спланировал. Потому-то и потребовал, чтобы я пришел к нему один. Потому-то и увел в лес. Он хотел меня застрелить.

Айра, вроде бы такой безобидный божий одуванчик, на поверку оказался убийцей.

Я оглянулся. Увидел, что он чересчур близко. Мне вспомнился эпизод из первой версии комедии «Свадебная вечеринка», в котором Алану Аркину порекомендовали мчаться зигзагом, чтобы избежать пуль.

Меня ждала скорая смерть.

Мы спускались по склону. Я все катился, Айра старался не упасть. Пытался занять устойчивую позицию, чтобы выстрелить в меня еще раз. Я знал, что ему это удастся. Знал, что в моем распоряжении лишь несколько секунд.

И шанс у меня только один — изменить направление движения.

Я цапанул руками землю и остановился. Айру мой маневр застал врасплох. Он попытался сбавить ход. Я ухватился обеими руками за дерево и выбросил вперед ноги. Скорее, от отчаяния. Но Айра находился в пределах досягаемости и не очень крепко стоял на ногах. Удар пришелся в его правую голень. Не очень сильный, но все-таки удар.

Айра вскрикнул и рухнул.

«Пистолет, — думал я, — главное, добраться до пистолета».

Шатаясь, я двинулся на него.

Я упал на него, пытаясь нащупать пистолет. Он был в правой руке. И я попробовал добраться до нее. «Думай о руке. Только о руке». Наконец мне удалось, и я перекатился на его правую руку, прижал к земле своим телом.

Рука была пуста.

Я настолько на ней сосредоточился, что даже не увидел его левой руки.

Голову словно пробило молнией. По телу пошли судороги. Я его отпустил. Посмотрел вверх. Он уже целился в меня.

— Ни с места, полиция!

Я узнал голос — Йорк.

Мир застыл. Мой взгляд сместился с дула пистолета на глаза Айры. Мы находились совсем рядом, пистолет едва не касался моего лица.