Чаща

Она остановила автомобиль у сторожки, где сидел охранник, показала ему удостоверение, ожидая, что ворота тут же раскроются. Не раскрылись. Охранник, здоровенный бугай, унес удостоверение в сторожку и взялся за телефон.

— Эй, я спешу!

— Не помни́ трусики.

— Трусики?.. — Мьюз охватила злость.

Впереди мигали красно-синие огни патрульных машин. Наверное, сюда съехались все копы, оказавшиеся в радиусе пятидесяти миль, подумала Мьюз.

Охранник положил трубку. Остался в сторожке. Не вышел к ее автомобилю.

— Эй! — позвала Мьюз.

Он не отреагировал.

— Эй, приятель, я с тобой говорю!

Он медленно повернулся к ней. Черт, подумала Мьюз, молодой мужчина. Всегда проблема. Пожилые охранники обычно пенсионеры, которым скучно сидеть дома, вежливые и услужливые. Женщина-охранник — мать или бабушка, у которой возникла необходимость заработать лишний доллар. Но мужчина в расцвете сил? В семи из десяти случаев копов они недолюбливали. По очень простой причине: их не взяли в полицию. Вот они и вымещали злобу на тех, кому это удалось.

Разве можно найти большее удовольствие в своей никчемной жизни, чем заставить ждать главного следователя, более того, главного следователя — женщину?

— Эй, приятель! — вновь позвала она, смягчив тон.

— Проехать нельзя.

— Почему?

— Придется подождать.

— Кого?

— Шерифа Лоуэлла.

— Шерифа? Лобо?

— Лоуэлла. Он велел никого не пускать без его разрешения. — И охранник подтянул штаны.

— Я главный следователь округа Эссекс.

Он пренебрежительно фыркнул:

— Где это здесь округ Эссекс?

— Здесь работают мои люди.

— Эй, не помни́ трусики!

— Хороша.

— Что?

— Присказка про трусики. Ты уже дважды ею воспользовался. Очень, очень забавная. Могу я ее повторить, если мне захочется осадить кого-нибудь? Сошлюсь на тебя."

"Охранник взял газету, не обращая внимания на Мьюз. Она даже подумала: а не проломить ли автомобилем ворота?

— У тебя есть пистолет? — спросила Мьюз.

Охранник опустил газету.

— Что?

— Пистолет! У тебя есть пистолет? Ты понимаешь, как замена того, чего у тебя не хватает.

— Заткнись.

— А у меня есть, знаешь ли. И вот что я тебе скажу: ты открываешь ворота, я разрешаю тебе его потрогать.

Он промолчал. Потрогать! Мьюз уже хотелось его пристрелить.

Охранник злобно таращился на нее. Она почесала щеку правой рукой, покачав мизинчиком. Судя по физиономии охранника, он был задет за живое.

— Издеваешься надо мной, да?

— Эй! — Мьюз положила вторую руку на руль.