Чаща

Грубые, жестокие, безжалостные голоса. Я нашел взглядом Шамик Джонсон. Она сидела, расправив плечи и вскинув голову.

«Круто, Джим… Да, теперь моя очередь, Кэл…»

Шамик посмотрела на меня и кивнула. Я ответил тем же. На ее щеках блестели слезы.

Возможно, они блестели и на моих, точно не скажу.

Глава 20"

"Флер Хиккори и Морт Пьюбин добились получасового перерыва. Когда судья встал, чтобы покинуть зал, зал взорвался. Я направился к себе, бросая на ходу: «Без комментариев». Мьюз последовала за мной. Крохотная, миниатюрная, но знающая свое дело лучше многих.

Когда за нами закрылась дверь кабинета, она победно вскинула руку вверх:

— Наша взяла!

Я молча смотрел на нее. Она опустила руку.

— Все кончено, Коуп.

— Еще нет.

— Но через полчаса?

Я кивнул:

— Тогда все и закончится. А пока у нас есть работа.

Я обошел стол для совещаний. На нем лежал розовый стикер с координатами Люси. Я сознательно не думал о нем во время допроса Флинна. Не допускал никаких мыслей о Люси. Но теперь, пусть мне и хотелось хотя бы несколько минут понаслаждаться блестящим результатом, ее звонок требовал внимания.

Мьюз заметила, как я смотрю на листок.

— Вы, значит, не виделись двадцать лет. Тогда все и произошло в том лагере.

Я молча повернулся к ней.

— Одно с другим связано, так? — спросила она.

— Не знаю. Но вероятно.

— И какая у нее тогда была фамилия?

— Силверстайн. Люси Силверстайн.

— Точно. — Мьюз откинулась на спинку стула, сложила руки на груди. — Я так и предполагала.

— Как ты могла такое предположить?

— Перестань, Коуп.

— Любопытство не доведет тебя до добра.

— Любопытство добавляет мне привлекательности.

— Любопытство и, вероятно, выбор обуви. И когда ты мной заинтересовалась?

— Как только услышала, что ты назначен прокурором округа.

Меня это не удивило.

— И, разумеется, я ознакомилась с делом до того, как сказала тебе, что хочу в нем поучаствовать.

Я вновь посмотрел на розовый листок.

— Так она была твоей подружкой?

— Летний роман.

— Когда она давала о себе знать в последний раз?

— Давно.

Какое-то время мы сидели молча. Я слышал шум за дверью, Но не обращал на него внимания. Как и Мьюз. Мы некоторое время молчали. Листок все так же лежал на столе.

Наконец Мьюз встала:

— У меня есть дела.

— Иди, — ответил я.

— Без меня сможешь добраться до зала заседаний?

— Как-нибудь догребу.

У двери Мьюз обернулась:

— Собираешься ей позвонить?

— Позже.