Час воздаяния

Покрытые копотью и кровью десантники молча смотрели на своего командира, и в их глазах отчетливо читались растерянность и страх. Офицер молча коснулся рукой управляющих элементов скафандра, и в тишине полуживого десантного корабля зазвучала запись, на которой лингвотранслятор давал синхронный перевод Человеческой речи:

— …но помните: каждые двенадцать секунд паразит становится многократно сильнее. Он не остановится, пока не поработит всех, кто ему доступен. Верить нам или нет — это ваше дело. Данное сообщение будет транслироваться непрерывно в течение получаса на всех частотах.

Запись отзвучала, но никто не произнес ни слова. Офицер обернулся к пилоту и приказал:

— Координаты слышал? Вводи в навигационную систему и прыгай! Я не хочу дергаться в судорогах, как он! — Младший Менедж-офицер многозначительно кивнул на неработающий мультихроматрон связи и вновь обернулся к своим подчиненным: — У кого-нибудь есть возражения?

Возражений не было.

Глава десятая

ОТВЕТНАЯ РЕАКЦИЯ

— Мерхн по-прежнему не отвечает на наши попытки выйти на связь? — Глава Фатно посмотрел на генерала Тихонова, только что закончившего произносить доклад Совету Глав.

— Не отвечает, — отрицательно покачал головой тот и переадресовал взгляд Командующему. Главы Совета едва ли не синхронно повернули головы к Тринадцатому, и могучий Древний устало вздохнул.

— И не ответят, — терпеливо произнес он. — Я уже объяснял: им с нами не о чем говорить.

— Но вы проводили с ними сеанс связи! — не сдавался Глава Фатно. — Вам же они ответили!

— Проводил, — согласился Тринадцатый. — Это было сугубо техническое совещание, обмен некоторыми деталями, необходимыми для нашей же безопасности. О его итогах я уже докладывал.

— О том, что запрещено атаковать корабли Мерхна любым видом воздействия и под любым предлогом? — всплеснул руками Фатно.

— Скажем так: нам напомнили, — коротко усмехнулся Тринадцатый. — Во избежание недоразумений. Всё же с момента крайнего контакта Мерхна с молодыми расами прошло двенадцать веков. Кто-то мог и забыть. Или почувствовать себя очень окрутевшим.