Час негодяев

Возможно, ты и выиграешь суд. Но адвокату по миграционным делам, а их в США полно, ты заплатишь из собственного кармана. А миграционка заплатит своему из средств Дяди Сэма. Чувствуете разницу?"

"Козак одно время работал с парнем, который раньше работал на Юге, в Аризоне. Тот просветил его насчет положения мигрантов: на самом деле положение нелегальных мигрантов едва ли не лучше, чем тех, кто подал на грин-кард. Их почти никто не ловит просто потому, что никаких сил не хватит их переловить.

Они не платят налоги и миграционки боятся не больше, чем те, кто в США на легальной основе. И даже если их паче чаяния поймают и выдворят, они, скорее всего, проникнут в страну вновь, только и всего. Миграционка не ловит нелегалов, она пристает к тем, кто решил оформить документы легально. Парень рассказал, что в их отделе в Аризоне хватало всякой мрази – начиная от тех, кто брал взятки от нелегалов деньгами и натурой с красивых баб, и заканчивая теми, кто явно был связан с наркоторговлей.

Подавая документы на иммиграционную визу, ты заполняешь кучу бумаг. И указываешь там полные контактные данные. И вряд ли ты заинтересован в том, чтобы лгать. Потому что даже малое несоответствие может заставить сотрудника посольства прекратить проверку и просто дать отказ. Так что Козак просто позвонил по указанному контактному телефону и договорился о встрече.

К нужному месту он приехал на такси, отметив про себя, что надо обзаводиться собственным транспортом и как можно скорее.

Но как это сделать, он не представлял. В любом городе США с этим не возникло бы ни малейшей проблемы – в любом аэропорту есть несколько бюро проката машин. Когда он служил в морской пехоте, транспортное средство ему предоставляло государство, а когда он перешел в спецназ, его учили вскрывать и угонять машины, если это потребуется для успешного выполнения миссии. Но тут… его привезли в город, он не заметил в аэропорту ни одной знакомой стойки, и что делать, он не знал.

Ладно, разберемся. Чем морская пехота отличалась от армии – армейские привыкли сидеть и ждать, пока все, что нужно им, не принесут на блюдечке. Морская пехота всегда знала, что у нее не будет ничего сверх того, что раздобудет она сама. В отличие от армии морпехи всегда перемещались налегке.

Охрименко жил на самой окраине, в местном субурбе, пригороде, в обычном доме, именуемом здесь «изба» или «хата».