Бывший. Ты только моя (СИ)

А если нет, сама знаешь…

Знаю: он будет обжигать, оставляя на коже уродливые шрамы. Но лучше шрамы, чем из-за своей магии стать женой Гардариана, главы клана Квиланд. Клана, наделенного темной силой связи с мертвыми.

Но так не должно быть! Да, это наша тайна, но я же обручена с Николасом! Он же говорил, что я навсегда только его. Где же он? Будет в числе остальных глав? Чтобы не позволить свершиться браку? Он же не отдаст меня?

Меня доводят до входа в храм и буквально впихивают внутрь. Дальше мне нужно идти самой.

Я до того искусываю щеку, что во рту растекается металлический привкус крови. Не то что двигаюсь — дышу с трудом. Плотная тяжелая ткань платья шуршит при каждом шаге, будто производя обратный отсчет до момента, когда я навсегда потеряю надежду.

Усталость и недосып дают о себе знать: меня начинает мутить, а сознание вот-вот готово отключиться. Последние несколько дней совсем нет сил.

Не могу оторвать взгляда от мраморного пола, натертого за сотни лет почти до блеска. Скольжу глазами за хаотичным узором белых прожилок на красном фоне.

Заставляю себя выпрямить спину и с поднятой головой дойти до алтаря, где меня ждет тот, который должен стать моим мужем. Под ложечкой сосет от страха, а кожа покрывается мурашками.

Николас. Он придет за мной!

— Прежде чем мы начнем церемонию, я должен спросить всех присутствующих глав кланов, — говорит Видящий, заглядывая своими незрячими глазами мне прямо в душу. — Есть кто-то против этого брака?

Все главы по одному выходят на свет, давая лишь один ответ: “Нет”, — и приближая меня к моему кошмару наяву.

Последний, глава клана Орланд, бросает в темноту вопросительный взгляд и после недолгого промедления тоже говорит “нет”. А потом из тени выходит он. Николас.

Широкие плечи, осанка настоящего правителя и сила в каждом движении. Это любимое, родное лицо, которого я обожаю касаться кончиками пальцев, чуть взъерошенные светлые волосы.

Его взгляд обдает меня таким холодом, что, кажется, меня в жаркий полдень родниковой водой окатили. Забываю, как дышать. Голубые глаза Ника будто подернулись ледяной коркой, хотя еще в последнюю встречу смотрели на меня с теплотой и заботой.

Николас сжимает пальцы на перилах, которые ограничивают возвышение для глав кланов, и молчит.