Бунтарка для Темного ректора (СИ)

Я и не сопротивляюсь. Не могу. Ректор с силой прижимает меня к себе, и я ощущаю его сильное, горячее тело.

Это приятно и одновременно пугающе.

Он мой враг. Повторяю себе это в тысячный раз, но не помогает. Меня тянет к нему, как мотылька на огонь. Чувствую, что могу сгореть без остатка.

Пока я окунаюсь в свои мысли, ректор кладет мне руку на затылок, чуть сжимает мои волосы.

— Умничка, — шепчет мне в губы и склоняется ближе. — Будь послушной, девочкой.

Мое тело будто покрывает сотни иголок, а перед глазами наступает тьма.

Я прихожу в себя в своей комнате и несколько секунд пытаюсь вспомнить, приснился мне предыдущий вечер или все было наяву. Улавливаю от одежды еле заметный запах, напоминающий об Асдере, и от этого аромата сжимается в животе.

Он Темный маг и мой враг. Что я вытворяю?

Щеки краснеют от стыда. Я быстро скидываю платье и нижнее белье. Освежаюсь в душе и переодеваюсь в чистое. Волосы тоже приходится вымыть. Я не хочу, чтобы на моем теле оставалась хоть капелька Асдера.

Он вчера взял мою магию. Взял столько, что я отключилась. Безжалостный темный маг!

А я еще расплывалась теплым медом в его руках. Не могла себя контролировать. Это сильнее меня. Когда Асдер ко мне прикасается и просит магию, то я будто отключаюсь и совершенно не могу противостоять, хотя видят боги я пытаюсь.

Еще раз умываю лицо ледяной водой, чтобы прийти в себя и выбросить из головы воспоминания о сильных руках ректора."

"Когда я выхожу из комнаты, то чувствую, то, чего давно не было в нашем доме — аромат блинчиков. Быстро вбегаю на кухню и вижу маму у плиты.

Она печет блины и мурлычет какую-то веселую мелодию себе под нос. Ее щеки раскраснелись от жара. Она выглядит здоровой и счастливой. Давно ее такой не видела.

— Мамочка! — я бросаюсь к матери и обнимаю ее.

— Ну ты чего, Асия? — мама целует меня в висок и обнимает, — Садись скорее на завтрак, пока не остыло.

— Давно тебя такой не видела, вот и обрадовалась. Я так рада видеть что тебе стало лучше.

Я занимаю место за столом, наблюдая за порхающей мамой, когда на кухне появляется сестра. Она медленно садится на стул, придерживая рукой живот.

Мы обмениваемся взглядами. Не могу пока с ней обсуждать отца ее ребенка. Не при матери. Не тогда, когда ей только стало лучше.