Бунтари элитной академии

Потратив не меньше часа, я окончательно сломался. Мест, куда братство могло утащить Филатову, оказалось бесконечное множество. А время шло, мать его! Она была там одна, в опасности, она ждала меня, но я продолжал совершать ошибки."

"Не выдержав, наплевав на все, вытащил телефон и набрал номер Рогова. Гудок за гудком оставил меня без ответа.

Дьявол!

Я начал набирать Арине, но и там тишина. Затем еще раз и еще, и снова номер Андрея. А потом я заметил в одной из пустых комнат, бывших зон отдыха, Матвея. Он стоял полубоком, устремив взгляд в разбитое окно, из которого доносился свист морозного ветра.

– Барских! – крикнул я, словно уловив спасательный круг надежды. Парень сразу оглянулся, в глазах его мелькнуло сомнение.

– Привет, Дан, – произнес Матвей. Он двинулся в мою сторону, вероятно желая покинуть комнату, но я резко схватил парня за руку, дернув обратно. Во мне закипала лютая злость на всех, на самого себя за бездействие. В мыслях плясали проклятые черти, демонстрируя ужасные картинки.

– Где Арина? – спросил в лоб.

– Это уже не имеет смысла, – запросто ответил Матвей, будто прокомментировал фрагмент из скучного фильма.

– Вот как? – прошептал я, скрепя зубами.

– Ты же знаешь, если Альфа чего-то хочет, он это берет.

– Серьезно?

– Дан, я понимаю тебя, да и любой бы понял. Но и ты пойм… – однако договорить Барских не успел. Я сделал шаг, перегородив ему дорогу, а затем схватил парня за шею, сильно впившись пальцами в кожу. Зрачки Матвея расширились, губы разомкнулись, он начал задыхаться, но при этом пытался оттолкнуть меня, ухватившись обеими ладонями за мою кисть.

– Я нихрена не понимающий, – процедил сквозь зубы, двигаясь прямо, пока не упер Матвея в стенку. Меня и без того колотило, адреналин выбивал кислород из легких, я мог запросто придушить парня. Сейчас все стоп-сигналы дали сбой, потому что на кону стоял самый важный человек, за чью жизнь я бы разорвал душу в клочья.

– Ни-че-го не… – задыхаясь, говорил Барских. В ответ я еще сильней сжал шею парня, отчего на ней выступили венки.

– Где она, отвечай!

– Д-Дан…

– Мне не составит труда лишить тебя последней капли кислорода! Отвечай, Мот! – крикнул, потеряв контроль. Я видел, как глаза у Матвея закатились, с какой тяжестью давался ему каждый вдох. Я, мать его, понимал, что мои действия чреваты последствиями.

Но, пожалуй, впервые советы Рогова пришлись кстати. Он всегда твердил, что только нажав на курок, можно заставить врага поверить в твою решимость.