Бульдог. Хватка

Потом поставишь Эрмитаж и начнешь скупать произведения искусства», – глядя на знакомые очертания, проступающие сквозь плотную завесу строительных лесов, задумчиво произнес Сергей Иванович.

Даже сейчас, в незавершенном виде, дворец производил сильное впечатление. Что же будет по завершении строительства дворцового ансамбля? Вообще-то он мог бы ответить на этот вопрос, если бы в свое время не откладывал поездку в Петербург на потом. Все казалось, что времени еще более чем достаточно.

– Эй, поаккуратнее на поворотах! – поспешил возмутиться Петр.

«Поверь, это ничуть не менее важно, чем заводы, фабрики, торговый и военный флот, армия и железные дороги. Не хлебом единым жив человек. Ему еще нужно сознавать и то простое обстоятельство, что его император живет в более роскошном дворце в отличие от иноземных государей. А еще, ты ведь это с собой не унесешь. Елизаветинский дворец и Эрмитаж останутся рукотворным памятником на века. Культурным наследием для грядущих поколений.

Не будет в России Зимнего дворца. В смысле конечно же именно здесь будет находиться зимняя резиденция императорской семьи и, как надеялся Петр, его потомков. Вот только уже сейчас за ним закрепилось название Елизаветинский, ввиду того что строительство курировала его тетка, не давая роздыху ни себе, ни архитектору, ни рабочим… Хм. И Петру расслабиться не дает. Мог бы и предположить после нескольких проектов, доверенных Елизавете Петровне.

– Угу. Стоит, – недовольно буркнул Петр.

«Во-первых, это просто неизбежно. Во-вторых, сам виноват, – не без издевки ответил Буров. – Растрелли тебе ведь предлагал строить Зимний дворец на новом месте. Но нет, мы самые умные, решили сэкономить, приказали использовать стены старого дворца.

– Да знаю я.

«Знает он. А еще дома лишился, в приживальщики подался», – съехидничал Буров.

И это было правдой. Императорская чета лишилась зимней резиденции, так как именно на ее месте и строилась новая.