Будет все, как ты захочешь!

Когда Иван Андреевич сел в мою машину, я поняла, что передо мной честный работяга. У него были грубые мозолистые руки, и сам он был большой, сильный, с обветренным лицом и волосами, тронутыми сединой. Он рассказал, как ехал по улице Олимпийской и недалеко от гимназии ему под колеса шагнула девушка. Все произошло до того быстро, что он не успел среагировать. Вернее, он затормозил, но было поздно. От удара девушку отбросило, Иван Андреевич подбежал к ней, увидел, что она серьезно ранена, сразу вызвал «Скорую», ДПС… Я слушала его и пыталась понять: что Соня делала на улице Олимпийской? Если после работы она ехала домой, то ей надо было идти от гостиницы совсем в другую сторону.

– А что у нее при себе было, вы не заметили? – спросила я."

"– Сумочка. Да нет, ничего необычного, девушка как девушка, только шла как-то неестественно. Как зомби.

– И что только она делала на этой улице, знать бы мне…

– Что?

– Нет, это я так… размышляю. А рядом с ней никого не было?

– Я не видел, я на дорогу смотрю, когда еду.

– Понятно.

В общем, разговор с водителем ничего нового мне не дал, разве что я убедилась в его непричастности. Я, конечно, обязана была проверить все сама, но мой друг Андрей прав: здесь все чисто. Вел Иван Андреевич себя спокойно, говорил уверенно, лицо открытое, честные глаза… «Скорую» вызвал сразу, раньше Соню никогда не видел, про гостиницу «Приют странника» слыхом не слыхал. Теперь вот пытается помочь девушке, покупает какие-то лекарства, денег дал ее маме на процедуры…

Я поблагодарила водителя и поехала в гостиницу, размышляя по дороге.

Все-таки что бы Андрей ни говорил, а эти преступления связаны между собой. Одну горничную убили на работе, другую пытались убить, когда она шла с работы. Соня, Соня… Если бы сейчас она очнулась и начала говорить! Мне очень хотелось поехать к ней в больницу, но я знала, что это ничего не даст. Я, к сожалению, не умею приводить людей в сознание.

В гостиницу я попала, открыв дверь своим магнитиком. Оксана сидела на своем месте, одна из горничных пылесосила палас в холле.

Я с деловым видом прошествовала к себе в номер. В коридоре столкнулась с дамой из третьего номера. Она поздоровалась со мной, я ей ответила. А Вера Николаевна права: публика здесь культурная, все друг друга приветствуют. Так что Денис на этом фоне смотрелся не очень… Потому-то мадам Верстакова его и невзлюбила. Как она его назвала? Шизанутый? Ну да, если человек не такой, как все, проще всего приклеить ему ярлык ненормального.