Будет все, как ты захочешь!

Он поставил машину во дворе своего дома, но едва вышел из нее, как к нему приблизился мужчина бомжеватого вида. Он что-то говорил Артему, но, как видно, в намерения последнего не входила беседа с подобным типом. Артем толкнул подошедшего, да так сильно, что тот едва не упал. Но мужчину это не остановило. Он повторил попытку поговорить с Артемом, но тот снова толкнул его в грудь. Когда человек в третий раз приблизился к таксисту, он получил внушительный удар в челюсть. Мужчина отлетел и упал навзничь. Артем подошел к нему, за грудки приподнял его и снова ударил в челюсть.

Я наблюдала эту картину из своей машины, находясь метрах в тридцати от места драки, и даже сделала несколько снимков на всякий случай, скорее по привычке. Я подумала о том, что, может быть, стоит вмешаться. Я боялась, что Артем нанесет этому человеку серьезные травмы, но не хотела себя рассекречивать раньше времени. Пока жизни мужчины ничто не угрожало, я оставалась в машине. Если увижу, что дело принимает серьезный оборот, тогда обязательно вмешаюсь. А пока только наблюдала за происходящем. Отпустив бомжеватому мужику серию ударов в лицо, Артем скрылся в своем подъезде. Я вышла из машины и приблизилась к человеку, лежащему на земле. Он был пьян. Пытался встать, но попытки его кончались неудачей. Я спросила его:

– Вам помочь?

Он что-то бормотал, пытаясь встать на ноги. Я помогла ему подняться. Его одежда была в грязи, лицо – в крови.

– Кто это вас? – спросила я.

– Сынок, сынок мой, – плакал мужчина.

Я была в шоке.

– Это ваш сын? Сын избил вас? Мужчина, вы не ошиблись? – спрашивала я в надежде, что ослышалась.

– Да, сынок, Артем…

– За что? Что вы ему сделали?

– Не хочет он со мной знаться, не велит приходить к нему… – бормотал мужчина, вытирая кровь с лица.

Нет, я, конечно, видела всякое за время своей работы, но такое!.."

"– Вы что, не с ним живете? – спрашивала я мужчину.

– Нет, нет, – бормотал тот, – я в бараке живу, там, далеко… Это сынок мой в таких вот хоромах. И хорошо, что он так живет, он молодец, много зарабатывает.

А я… я свое отжил, я… со мной все кончено. Только хотел вот на сыночка посмотреть, а он не велит мне сюда приходить… Стыдно ему… Отца стыдится… Отца!

Мужчина повернулся к окнам дома и прокричал:

– Сынок! Артем! Я ж только посмотреть на тебя хотел… Порадоваться за тебя…

Он опустил голову и пошел, что-то бормоча себе под нос. А я села в машину и поехала к себе домой.

Когда я переступила порог своей квартиры, было уже за полночь.