Чужой ребенок

Я знаю, о чем говорю, я буквально сегодня ночью что-то похожее испытала, когда судорожно решала, как лучше отреагировать на его слова, его вполне сформированный намек. Намерение. Пропустить? Ответить? Прикинуться дурочкой? По-моему, так ничего и не получилось, любой вариант был изначально провальным.

И хищник просто отпустил, потому что сам так хотел. Пока что.

Хазаров не раздевается, не спускается в бассейн, просто садится в плетеное кресло, наблюдает за своими друзьями, прикуривает, тянется к бутылке с водой, стоящей на столике неподалеку… И в этом движении, в самой позе, ленивой и расслабленной — грация дикого, невероятно опасного зверя…

Если Каз — морской леопард, а Ар — медведь, то Хазаров — тигр.

Я не понимаю, почему смотрю на него, затаив дыхание и не замечая, как сердце принимается частить. Почему он для меня сейчас — более интересное зрелище, чем его друзья, действительно красивые мужчины, мощными гребками крепких рук рассекающие воду…

Он всего лишь сидит, курит, пьет воду, задумчиво смотрит перед собой, иногда только отвлекаясь на подначки друзей, а я задыхаюсь, стоя у окна, не в силах оторваться…

Что происходит-то?

Мысли в голове приобретают оттенок паники, потому что такого не было никогда… Да вообще никогда!

Наверно, это просто потому, что он — очень странный и страшный, буду честной с собой.

А тут, вроде, анонимность некая. Потому и пользуюсь возможностью…

Я уговариваю себя прекратить смотреть, не подмечать каждое движение, не пытаться угадать, какое выражение у спрятанных под авиаторами глаз…

Хватит уже… Сколько можно? Вот сейчас… Сейчас…"

"Хазаров резко вскидывает подбородок и смотрит прямо на меня.

Я замираю, пойманная с поличным, дыхание спирает от неожиданности и страха.

В голове — остатки мыслей: он не видит, конечно не видит… Я же за занавеской… И вряд ли с той стороны окна прозрачные, в таких домах их делают тонированными, чтоб из бассейна не видно было, что происходит в спальне… Он просто случайно… Да? Да?

Я боюсь тронуться с места, потому что в этом случае Хазаров уловит движение и точно поймет, что я смотрю.

Бессмысленно пялюсь в темное безэмоциональное лицо, в зеркальные авиаторы, молясь про себя, чтоб отвернулся.