Будешь моей женой. Снова (СИ)

Переодевайся, я буду ждать в гостиной, — и закрыл двери.

Я бросила взгляд на сверкающие чистотой окна и расстегнула испачканную блузку. Бюстгальтер тоже пострадал. Я сняла и его, но, в отличие от блузы, спрятала в сумочку. Накинула мужскую рубашку, но застегнуть не успела. На плечи легли чьи-то руки, сжали и поползли вниз, к груди.

— Не смей! — резко повернулась и замахнулась, но Артур перехватил мою руку. Затем положил сначала себе на грудь, затем повел вниз к возбужденному паху. Я не могла вырваться. Он сильнее.

— Замужество тебе идет, — с силой привлек меня к себе. — Ты стала красивей и желанней, девочка. Нагорный знает толк в ебле, сочнее тебя сделал, — и поцеловал, не давая вздохнуть и выдохнуть. На кровать повалил, юбку задрал, обнажая кружево чулок. Пряжка ремня громким щелчком ударила по нервам — Артур стянул брюки с трусами. Боже...

— Перестань! — кричала. — Не смей, — царапалась и кусалась. И… Артур отпустил меня.

— Прости, Ярина. Прости, — а в глазах ни тени раскаяния, но подняться позволил.

— Не смей больше подходить ко мне! — бросилась к выходу. Каков подлец! Папа ему так доверял, а он меня чуть не изнасиловал. Сестру! Пусть и седьмая вода на киселе, но все же!

От негодования и рефлексии не спасала даже репетиция концерта. Мне нужно быть сосредоточенной и спокойной, а я переживала. Относительно мужа тоже. Его уже не было два дня, и он практически не связывался со мной, односложно отвечая, что сильно занят. Рассказать ему о приставаниях Артура я не могла. Свят запросто может его убить, а меня обвинить, что сама поехала на обед, и в номер тоже меня не насильно затащили.

— Свят, ты где? — говорила с автоответчиком. Я точно знала, что его самолет приземлился в Пулково, но дозвониться до мужа не могла.

Я: Ты приедешь?

Я написала в надежде, что получу ответ.

— Ярина Дмитриевна, готовьтесь, — меня предупредили.

— Да, конечно, — поправила легкую драпировку на платье и посмотрела в зеркало. Красивая молодая женщина с идеальным макияжем и прической, но руки дрожали безбожно. Телефон неожиданно ожил сообщением:

Святик : Я занят, буду поздно

И все. Больше ничего.