Будь моим первым

В какой-то момент я отключилась прямо на подоконнике, а когда проснулась, уже светало. Он был на том же самом месте, на капоте машины, просто в другой позе. На окна больше не смотрел, только вниз. Склонил голову, понурил плечи. Ночью прошел дождь, его одежда была мокрой. Я заметила, что он дрожал от холода. Сердце больно кольнуло, я вскочила на ноги, бросилась к выходу. Спустилась по лестнице, выбежала на крыльцо и замерла.

Илья спрыгнул с капота, посмотрел мне в глаза. Совершенно серьезный, спокойный. А глаза пустые… Я сразу все поняла.

Дыра у него внутри была, и он не знал, что с ней делать. Кажется, он не хотел меня видеть, но все равно приехал. Потому что больше не к кому было, потому что по привычке. Плохо ему было, он приехал к своей жене. Роднее ведь много времени никого не было. Мы думали, что уже и не будет.

Он посмотрел на меня, а потом покачал головой. Сел за руль. В самый последний момент я заметила, что кисти его рук были почерневшими от синяков. Моргнула, не поверив глазам. Прищурилась, чтобы разглядеть лучше, но он уже уехал.

Комиссия его полностью оправдала. Вскрытие показало, что папа перенес несколько инфарктов на ногах, жить с таким сердцем было невозможно. То, что он ходил и что-то делал, — было чудом. Других травм на его теле не обнаружили, Илья его пальцем не тронул. Настя плакала по телефону, корила себя. Но что она могла сделать? Папа никогда никого не слушал. Все вокруг всегда были тупыми.

Сразу после вынесения оправдательного вердикта Илья уехал из города.

Он сменил номер телефона, и никто из его родных и друзей не стал делиться со мной заветными цифрами. Его родители попросили время, чтобы прийти в себя. Да и я не настаивала на общении, хватит уже с них.

А потом я узнала, что Илья ездил на операцию в Новосибирск. Узнала самым простым образом. Ко мне приехал Рома Дёмин и все честно рассказал. Я как раз сидела на крыльце и смотрела на скачущую Газировку, как увидела его машину.

Вышла за забор.

— Привет, Рома, — поздоровалась. Сцепила пальцы.

Разнервничалась, знала, что он здесь из-за Ильи или по его просьбе.

— Привет, Полина, — ответил Рома спокойно. — Я хотел сначала позвонить, но потом подумал, что такие вопросы по телефону не решаются.

— Я слушаю.

— Илья попросил о тебе позаботиться.

— Попросил? В каком смысле?

— Он хотел, чтобы я сделал вид, будто инициатива исходила от меня. — Он помолчал. — В общем, если что случится — поадобится холодильник перевезти или обидит кто… Звони. Поможем, сделаем.