Будь моей ведьмой

 — На какое еще будущее?! Это же цветы!

Генри устало потер несуществующую переносицу, сгорбился и пошел к гаражу, на ходу возмущаясь:

— Так розы же — две недели, орхидеи — три месяца, а фиалки еще просто не взошли ведь, — это бурча себе под нос, а потом громко и возмущенно: — Я же все продумал!

Не выдержав пытки неизвестностью, я сошла с газона, мне траву было жалко, и побежала по дорожке к гаражу.

— Леди Маргарита, вам нельзя! — всполошился скелет.

— Маргош, заваливай! — дозволил его сиятельство Князь.

Молча развела руками перед Генри и помчалась к Стужеву.

Гараж с металлической дверью на ролетах был рассчитан на четыре автомобиля. Собственно, все они тут и находились — «Бентли», «Феррари», джип дискавери и какая-то странная без опознавательных знаков. Помимо машин имелось свободное пространство у противоположной стены, где виднелся механизм для подъема автомобиля, а также вполне оборудованная автомойка. Точнее, свободным это помещение было раньше, а сейчас там словно расположился филиал цветочного магазина — в ведрах, ведерках, тазиках и одной пластиковой ванне находились букеты, букетики и целые цветочные композиции.

— Так, — он оглянулся, увидел входящую меня и бросил мне букетик, со словами: — Это я был груб.

Поймав букет нежных лилий, я вдохнула аромат, а затем тоже принялась читать прикрепленную к нему открыточку. Послание гласило: «Прости, я не хотел тебе этого говорить, просто старый солдат не ведает слов любви».

Прочла, подняла удивленный взгляд на Стужева.

— А я тут при чем? — возмутился Князь. — Кстати, это поинтереснее будет, лови.

Едва успела подхватить букетик розалий, даже не вдыхая аромата, полезла смотреть записку. А там было: «Прости, я больше не буду разбрасывать носки». Ну после этого мне тоже стало любопытно, и подойдя к цветочному изобилию, я принялась читать послания.

— «Прости, я больше не буду забывать выносить мусор», — прочел вслух Саша.

— «Прости, она мне вообще не нравилась, в моей жизни есть только ты, и я больше ни на кого смотреть не буду», — прочла я записку с самого огромного букета алых роз.

Стужев заметно напрягся, я же, вытащив цветы из воды, почему-то перехватила поудобнее.

— Да не буду я тебе изменять! — заверил Кощей-младший.

И взял следующий букет, чтобы прочесть:

— «Прости, любимая, я не хотел дарить тебе»… Генри!"

"— Ты не хочешь дарить мне Генри? — переспросила я. — Знаешь, а я почему-то даже не обиделась.