Будь моей ведьмой

И на этом дело не кончилось! В мочку левого уха мне вдели серьгу с крошечным зеленым камешком, точно такую же и на второе ухо. Но это ничего, в итоге Стужев извлек цепочку с дохлой летучей мышью на конце, причем мышь была как настоящая, в смысле как будто по-настоящему сдохшая, только воском покрытая, и вот это жуткое украшение застегнул на моей шее. На мой вопросительный взгляд, горевший праведным возмущением, мне ехидненько ответили:

— Надо было соглашаться на безрукавку.

— Стужев! — Да, мое возмущение таки обрело вербальную форму.

— Ну, можешь остаться дома, — мне коварно улыбнулись. — А с делами я, так и быть, разберусь сам.

Крутанувшись, молча пошла к двери.

* * *На спидометре двести двадцать, в машине орет Ария «Зверь», Стужев уверенно ведет автомобиль, напевая:

— «Ты — невинный ангел, ангел поднебесья,В этой жизни странной ты не моя.За тобой тень зверя, вы повсюду вместе,А теперь поверь мне, зверь этот я!»На последней строке хитрый взгляд на меня.

— На дорогу смотри, — посоветовала некоторым.

Усмехнулся, крутанув руль, подрезал такси и помчался по встречке, лавируя между несущимся навстречу транспортом.

— Саш-ш-ша, я так поседею раньше времени!

Вернулся в положенный ряд и, снизив скорость аж до ста сорока, затем сделал музыку тише и произнес:

— Помнишь, Мастер рассказывал, чем мы занимаемся? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — По сути, основная функция совета инквизиторов — контроль над нежитью. — Взгляд на меня, улыбка, и он продолжил: — Ведьм на Земле немало, и темного в них зачастую больше, чем светлого.

— Барабашки, полтергейст, призраки? — пошутила я.

— Бадзуллы, карачуны, вурдалаки, — совершенно серьезно ответил Саша. — Бадзулл — дух бродяжничества, не поверишь — большинство бомжей им одержимо.

Не поверила, сидела и потрясенно смотрела на Стужева. Заметив мой взгляд, он рассмеялся.

— В свое время знавал одну ведьму, директора небольшой риэлтерской конторы, она так четко освоила ритуал призыва бадзуллов, я такой отработанной схемы ни до, ни после не наблюдал.

В магнитоле теперь звучала грустная мелодия «А мы не ангелы, парень, нет мы не ангелы», а я смотрела на Кощея-младшего и, откровенно говоря, не хотела верить в услышанное."

"— Испугалась? — спросил мой внимательный злодей.

— Да, жутковато, — откровенно призналась я.