Будь моей ведьмой

— Значит, с одной стороны царство Кощеево, с другой — Ледяные горы, да?

— Угу. — Улыбка у него стала такая хитрющая.

— Ну ты… — договаривать я не стала.

В конце концов, у меня имеется регулярная армия, и если драконы соскочили, белки, ежи и волкодавы остаются со мной, и кормить-то их чем-то надо.

— Хозяйка, — позвал Кот Ученый, — места-то там дикие, да ты не печалься, белки-то твои все спиртовые запасы леших употребят, волкодавы почитай нежитью питаются, а ежам страсть как хочется боевых подвигов, им опосля захвата Херарда в глаза белкам смотреть совестно, а на кикиморах повертают свою славу-то боевую.

— Спасибо, Котик, ты прав, — поблагодарила я и поинтересовалась у Стужева: — А Кощеи там в тех местах случаем не водятся?

— В избытке, — протянул довольный Саша, — но исключительно один, а конкретно — младший.

И тут за окном что-то грохнулось. Да так, что моя избушка на курьих ножках подпрыгнула с перепугу, я и сама перепугалась, пока Серый Волк не выдал:

— Гад Змеевич так не приземляется, почитай сам Змей Горыныч явился.

Змей Горыныч! Я метнулась к окну и увидела — огромного трехголового Горыныча! А с ним еще двух трехголовых драконов.

— Аспид Змеевич и Полоз Змеевич, — отрапортовал Волк, как и я, сунувший в окно любопытную морду.

— Ой, — Ядвига тоже с нами рядом оказалась, — а чего это все семейство Горыныча явилось? И дружина Илюры-воеводы, и… — Она вдруг на меня глянула да тише добавила: — И чего это на Змее Горыныче лента свата? Ри-и-ит?

— В смысле? Какая лента? — не поняла я.

— Мля-а-а, — выдал Волк, — так они к тебе свататься, Ритка.

— Да? — Стужев потеснил Волка и тоже в окно выглянул. — И кто именно тут у нас относится к виду трупа живого, потенциального?

— Дык, Илюра-воевода. — Ядвига пожала плечами призрачными. — Почитай туточки Рита у нас Яга свободная, словом не повязана, отцом названным не отдана, сватами не засватана, под венцом не шагавшая, клятв не…

— Да понял, понял, — оборвал ее Стужев.

После чего шлепнул меня, вот за просто так, легонько, но обидно очень, отчего я мгновенно выпрямилась, перестав в окно заглядывать.

— Бьет, значит, любит, — хихикнула Ядвига.

Я было возмутиться хотела, а она добавила:

— Урага спасать как будем?

— В смысле? — переспросила хмуро.

— В смысле пока Сашенька, герой мой угрожательно-шантажирующий, занят, темного надобно бы отпустить подобру-поздорову.

Я промолчала, с одной стороны, надо бы, а с другой… тоже надобно бы, не убивать же.