Брегет хозяина Одессы

Рита и Сергей, улыбаясь, посмотрели друг на друга.

– Пойдет! – Адвокат прищелкнул пальцами и взял ключи. – Пойдем, дорогая, приведем себя в порядок.

Их номер находился на втором этаже, под самой крышей. Он был весь в бежевых тонах: бежевые гардины на окнах, бежевое покрывало на постели, бежевые стены и огромная двуспальная кровать. Душевая кабинка с туалетом была очень маленькой, но по своему командировочному опыту Сергей знал: хорошо, что она вообще была. Случается так, что в мотеле тебе дают номер, где все удобства на этаже, и попасть в ту же душевую или туалет очень сложно: там вечно кто-то просиживает часами.

В этом мотеле все работало.

Он уселся на стул – единственную, кроме кровати, мебель, и бросил сумку. Рита, улыбнувшись ему, юркнула в душевую со своим неизменным рюкзачком.

– Очень хочется спать, – сказала она по-детски жалостливо, ложась в кровать и укрываясь одним из одеял. – Спокойной ночи.

Ему показалось, что она заснула сразу, как только ее хорошенькая головка коснулась подушки. Ивашов тоже принял душ, но спать ему не хотелось, и он вышел во дворик мотеля. Кроме его «железного коня» на стоянке припарковалась еще одна машина, и веселая компания шумела в холле, требуя отбивные как можно скорее.

Услышав это слово, с вожделением произнесенное одним из гостей, Ивашов вспомнил, что хозяйка предлагала им поужинать, но есть не хотелось – слишком сытным был шашлык в придорожном кафе. Впрочем, женщина и не напомнила ему о своем, вероятно, фирменном блюде. Шумная компания всецело завладела ее мыслями.

Сергей сделал несколько шагов к речке, шумевшей за мотелем, и сел на деревянную скамейку. Как и всякая другая ночь на юге, эта ночь в Крыму тоже была очень темной.

Господи, как все же хорошо! Если бы он был Айвазовским или обладал хотя бы каплей его таланта, он бы непременно написал картину. Мысли переключились на живопись.