Братва. Пощады не будет

Но шибко долго ждать – год сухотка глодать его будет, пока истает, как снежок на солнышке. Тебе-то, милочка, к спеху, поди, надоть? Сможешь еще хотя б месячишко-другой перетерпеть? В таком деле поспешать – себе дороже! Поверь уж, голубушка, слову бабки старой, много чего повидавшей на своем веку.

– Столько лет терпела, сумею и еще подождать! – устало кивнула Тамара. – Только уж так подсоби, чтоб в тюрьму за смертоубийство мне не попасть.

– Все шито-крыто, девонька, будет. Строго по науке! – Старуха многозначительно покосилась на выпирающую грудь гостьи, где явственно угадывалось нечто чужеродное.

– Деньги я вперед в таких случаях беру...

Тамара, готовно сунув руку за пазуху, извлекла на свет Божий увесистую бумажную пачку, собранную из купюр самого разного достоинства – от пятисотрублевок до десятитысячных. Без колебаний придвинув ее по столу к бабке Агафье, заказчица безвременной смерти мужа, не мигая, уставилась в бесцветные, но странно живые глазки старухи, ожидая без промедления получить требуемое тайное зелье.

– Все мои сбережения. Хватит на яд?

– Окстись, милочка! Что за слова страшные говоришь?! – закудахтала старуха, пряча денежную пачку где-то в складках своих многочисленных цветастых юбок. – Ядами я не торгую! Просто по доброте и сердобольности помогаю страждущим всякими разными средствами. Советами то бишь. И тебе добрый совет уж приготовила. Слушай и запоминай, девонька: чтоб избавиться от изверга проклятого, возьми в аптеке пару дюжин градусников.

Да в городе покупай, не здесь. Чтоб лишнего внимания людского не привлекать. В таком деле оно нам без надобности совсем. Градусники те разбей, а ртуть в пузырек порожний собери. В сапоги мужа под стельки потихоньку подливай каждую седмицу. Потому как она шибко испаряется. Эти вот пары ртутные и изничтожат горесть твою. Через месяц-другой сляжет изверг от болезни. Белокровие называется. Уж не подымется, поверь слову! И никакой фершал тут ничего не отыщет. Пусть хоть лопнет от старания!"

"Сердобольная старушенция пискляво захихикала, очень собою довольная.

Может быть, даже счастливая в данный момент от близкой возможности вставить хорошую шпильку ненавистному фершалу. Со всем его специальным медицинским образованием и хваленым практическим опытом.

Солидарно с хозяйкой начали весело подрагивать красные бархатные кисти на шелковом абажуре под потолком. По стенам запрыгали причудливые тени каких-то зверей, и Тамаре на мгновение стало страшно.