Братва. Пощады не будет

– А ведь ты как в воду глядел – водички тебе до второго пришествия уж точно хватит!

На какой-то миг ему показалось, что из черной воды высунулась рука с крючковатыми пальцами, но, приглядевшись, он вздохнул с облегчением – это была всего лишь мирно плывущая по течению березовая ветка.

Причалив к берегу, хотел было затопить лодку, пробив дно, но передумал. Ударом сапога оттолкнув посудину от берега, отправил ее плыть в сторону Кундинки.

«Я не мародер! Пусть моторка рыбака его жене в наследство достанется!»

Очень довольный проявленным благородным великодушием, Ягода исчез в черной лесной чаще.

Ему предстоял нелегкий пеший переход без единой крошки хлеба и табака.

Брат Михаил

Подпрыгивая на лесных ухабах и рытвинах в своем мини-тракторе «Уралец», Михаил костерил на чем свет тупорылую отечественную промышленность, не понимавшую, что надежные рессоры в любой машине – наипервейшее дело.

Невидимые в зелени ветвей пичуги заливисто-весело щебетали, словно насмехаясь над его кульбитами. Михаил чуть не пальнул по наглым птахам из неразлучной двустволки для острастки, но в последний момент пожалел жечь патрон на этакую ерунду.

Цены на боеприпасы нынче кусаются, как бешеные псы. Лучше приберечь заряд на возможную встречу с лопоухим. Халявная зайчатинка на обед – самое милое дело, а ежели еще и стаканчик сорокаградусной для аппетита приговорить – вообще полный тип-топ. Кайф то бишь.

Ехал Михаил по личной крестьянской заботе. Надобно было осмотреть новое приобретение – взятый у хиреющего колхоза в долговременную аренду участок земли под покос.

Михаилу-то сено до лампочки было, но соседи не откажутся прикупить у него копну-другую травки-муравки. Все ведь и лошадей, и коровенок держат, куркули. Хотя их тоже можно понять – без крепкого подсобного хозяйства давно бы зубы на пыльную полку поскладывали. Колхоз-то вон третий месяц зарплату задерживает. По ходу, вконец обанкротился коллективизм-социализм."

"Сам Михаил никакой живности, окромя курей да гусей, не имел. К чему эти суетливые хлопоты? Он на своем солярном железном коне в десять раз больше сробит.

Даже огород вспахать под картошку почти все селяне к нему идут с полным уважением и денежкой в потном кулаке. Оно и понятно – самим бы пришлось несколько дней с лопатой горбатиться, а так – час работы агрегата Михаила, и все тип-топ. Колхозным-то махинам «Кубань» на огородиках даже не развернуться толком. Прежних хозяев жизни – показушников-коммуняк – хлебом ведь не корми, а дай учудить мировой рекорд.