Братва. Пощады не будет

Сплошная непонятка!

– Все смешалось в доме Облонских! – усмехнулся я. – И много крестов? Впрочем, дай-ка сам попробую угадать! Три?

– В цвет! – удивился молодой соратник. – Ты, Михалыч, прямо ясновидящий!

– Не говори больше, пожалуйста, при мне это пакостное слово! – поморщился я. – Госпожу Звездину сразу напоминает... Совсем не в кайф, знаешь ли. Это у тебя тонкая материя по молодости начисто отсутствует, а у меня натура нежная, сверхчувствительная, как у всех глубоких, незаурядных личностей.

Давай, братец, лучше про что-нибудь веселенькое приколемся. К примеру, о предстоящей работе...

– Есть работа? Выходит, не врали карты? – с Кисы мигом слетела расслабляющая марихуанская дурь. – Я всегда готов, как пионер! Правда, Михалыч! Вот только кофе сейчас хапну чуток!

– Не суетись, брат! Если и будет работенка, то лишь поздним вечером. Отдыхай пока, блуждай дальше в своем оранжевом конопляном тумане, – щедро улыбнулся я, видя такой похвальный трудовой порыв.

Но утихомирить холерика Кису было не так просто – он у меня как боевой конь, почуявший близкую битву, сразу начинает бить от нетерпения копытом, в радостном предвкушении жаркой схватки. Пацан, что с него взять. Пришлось разжевать ему, как маленькому, детально-популярно:"

"– Да ничего особенного или интересного не предвидится! Вечером я отправлюсь в театр, а ты с Цыпой – к заведению «Полярная звезда». Если там вдруг появятся Февраль с Шилом – вы их тихо ликвидируете.

Ну, охолонул? Так-то! Я ж говорил – дело простенькое, без затей и наворотов. Обыденная текучка, так сказать. Ладно, дай-ка мне тоже «косячок». Со скуки сдохнуть можно! До оперетки еще целых два часа с мелочью!..

Глава 4

У парадного входа в академический театр музыкальной комедии я отпустил машину с мальчиками на все четыре. Впрочем, все их дороги сейчас вели в «Рим». К забегаловке «Полярная звезда» то бишь.

Еще было довольно светло. И потому многолюдно.

Сытая, хорошо одетая праздношатающаяся публика вселяла сомнение – действительно ли в России ужасный экономический кризис и голод, как о том ежедневно трубят все газеты? Всматриваясь в беспечно-веселые лица прохожих на театральной площади, я сделал оптимистический вывод, что если кризис с прогрессирующей нищетой и есть, то затронули они далеко не всех моих сограждан.

А когда я прошел в просторное фойе театра, то был буквально ослеплен.