Брат, вспомни все!

Пиджак с него она стянула в прихожей. Рубаха и брюки остались в гостиной. На нерасправленную кровать он свалился в одних трусах. Один момент — и они отлетели в сторону.

Не забыла Настя и о себе. Быстрыми ловкими движениями она освободила себя от одежек и застежек. И осталась перед ним в костюме Евы. А тело у нее — высший класс: атласная кожа, упругие грудки, попка — полный улет!..

Матвей зверем набросился на нее. С утробным рычанием подмял ее под себя…

Настя превзошла всех, с кем ему приходилось когда-либо спать.

Но все обошлось. Первый сексуальный бой закончился. Настя выжала из него все соки. Обессиленный, измочаленный, он лежал в постели и наблюдал за тем, как она разливает по бокалам вино из плетеной бутылки.

— Это египетская брага, — сказала она.

— Из Египта?

— Нет, зачем? Это вино подруга делает. По одному очень древнему египетскому рецепту.

— Слышал, но не видел… Я разве похож на импотента?

— Нет, что ты. Ты просто зверь. Но ты выдохся. А это вино вернет тебе силы. Виагра по сравнению с ним просто тьфу!..

Матвею хотелось в это верить. Борьба с Настей закончилась не в его пользу. Ей хотелось продолжения, а он был не в состоянии удовлетворять ее дальше. Стебель завял. И было бы очень хорошо, если бы это вино подняло его настроение…

Вино было вкусное.

— Класс! — восхищенно протянул он, возвращая Насте бокал. — Можно еще?

— Смотри, оно очень пьяное, — предупредила она.

— Да ну, и не такое видали…"

"Зря он не послушал ее. После третьего бокала перед глазами пошли вдруг круги, голова сильно закружилась. Зато почувствовал, как восстало его знамя. Возбуждение усиливалось. В какой-то момент оно перескочило за критическую черту. Теперь он не просто хотел женщину. Он готов был на любое безумие, чтобы утолить дикую жажду секса.

— Ты готов? — будто бы издалека донесся до него голос Насти.

— Как пионер!..

Себя он слышал как бы со стороны. Но ничуть не удивился этому.

Настя опять оказалась под ним. Он снова вошел в нее. В голове все перемешалось. Глаза окутал туман. Он уже не видел Настю, но еще чувствовал под собой ее тело. Потом он совсем потерял ее. А вместе с ней он потерял ориентацию в пространстве и во времени.

Все, что происходило с ним, превратилось в какой-то безумный сон.