Дебютная постановка. Том 2

Не думала, что в милиции бывают музыкально образованные сыщики, – сказала она удивленно и с явным одобрением. – Вы даже Царицу Ночи знаете, а не только песенку Герцога.

– Я слышал в консерватории, как студентки на занятиях исполняли эту арию. Там сопровождение звучало совсем иначе. Почему так? Вы играете по разным нотам?

На лице Дорошиной сперва отразилось недоумение, потом губы ее расплылись в улыбке.

– Ах вот вы о чем! Нет, ноты те же самые, но концертмейстер должен подготовить вокалиста к оркестру. Этим мы и занимались.

– Да-да, я помню.

– Для подготовки к оркестру концертмейстер должен сделать звучание сопровождения намного богаче. Мы добавляем дополнительные аккорды, пассажи, в общем, все, на что пальцев хватает, чтобы максимально передать все то, что певец потом услышит в оркестре.

– И для этого есть специальные ноты?

– Что вы! Конечно нет. Все из головы.

Ничего себе! Юре Губанову все это казалось просто фантастическим. Как много всего надо уметь! Какой быстрой реакцией обладать! Каким слухом! Какой памятью! Каким чутьем! И если Нателла Давидовна Орбели действительно была одной из лучших в стране, то понятно, что профессионала такого класса берегли как зеницу ока и не променяли на ленивого красавчика Левшина.

– Вы так понятно объясняете, – с благодарностью произнес Губанов. – Даже такой профан, как я, разобрался.

– У Нателлы научилась, прошла хорошую школу, – засмеялась Дорошина."

"Она вообще часто смеялась, а если не смеялась, то улыбалась, и от этого Юре было в ее обществе легко и совсем не страшно. Не стыдно переспросить, попросить объяснить, признаться, что чего-то не понял. Чем больше он узнавал о профессии концертмейстера, тем больше эти музыканты казались ему инопланетянами, которые умеют то, чего не умеют обычные люди.

Пора было уходить.