Брак на пари

— Ну ладно, предположим.

— Естественно, мне пришлось его купить.

— Естественно.

— Ну не могла же я обречь его на такую участь после того, как он меня спас!

Колин промолчал.

— И с тех пор он был моим верным телохранителем и много раз выручал меня из всяких… трудных положений.

Колин нахмурился. Ему было невыносимо думать о том, в каких положениях оказывалась Эмма. Она, естественно, благодарна Фереку, и ему найдется место у него в доме, как бы он себя ни вел. Но Колина интересовал один вопрос:

— А он когда-нибудь признавался тебе… что он натворил?

— Что ты хочешь сказать?

— Ну, почему его вели продавать?

— Он много задолжал.

— А…

«Могло бы быть и много хуже», — подумал Колин.

— Он попытался открыть гостиницу в той же деревне, но получше качеством. Но у него не хватило денег да еще не повезло, и он обанкротился.

— Ясно.

— После этого он стал собственностью своих кредиторов, — добавила Эмма. — Ты можешь себе такое представить?

— Да, не повезло ему.

— Это просто возмутительно!

— Но ты его спасла от этой участи.

— Я ему, конечно, тут же дала свободу.

— Конечно.

Эмма подозрительно поглядела на Колина:

— Уж не насмехаетесь ли вы надо мной, милорд?

— Наоборот, я тобой восхищаюсь. Я просто пытаюсь представить себе, кто еще из моих знакомых дам мог бы, пережив подобное нападение, не раздумывая купить огромного раба.

— А что еще мне оставалось делать?

— Закатить истерику. Упасть в обморок. Разрыдаться.

— Ну и какой от этого был бы прок?

Колин расхохотался:

— Ни малейшего, моя неустрашимая Эмма!

Молодая баронесса Сент-Моур неторопливо шла по площади к своему дому, разглядывая два куска обоев, которые держала в руках.

— А тебе какие больше нравятся, Ферек, — спросила она слугу, — в цветочек или в полоску?

— Мне нравятся те, что выбрал я.

Эмма вздохнула. Фереку почему-то приглянулись обои совсем другого рисунка, и он горячо убеждал Эмму купить именно их.

— Нет уж, я не желаю спать в окружении несущихся вскачь лошадей да еще на фоне грозовых туч, — возразила Эмма, наверное, уже в шестой раз. — Или эти, или вот эти.

— Те куда интереснее, — настаивал Ферек.

— Чересчур уж интересные. Надо выбрать из этих двух. Больше я и искать не буду. У меня голова кружится от всех этих обоев.