Брачный приз

Род не стал возражать, но решительно кивнул им на дверь. Громко сетуя, что не увидит супружескую пару в постели, Эдуард все же выпроводил остальных. Зная, что вскоре и ему предстоит уйти, принц решил не доводить до того момента, когда игривое настроение сменится бесстыдно-непристойным.

Элеонора, расстелив постель, поцеловала невесту. Деми порывисто обняла подругу и с тревогой прошептала:

— Все будет хорошо?

Горло Розамонд так сдавило, что она только сумела кивнуть, но при этом одарила Деми ободряющей улыбкой.

Дождавшись, пока уйдут дамы, Род задвинул засов и повернулся к жене.

Розамонд поспешно отвела от него взгляд.

— Жаль, что этот день не стал для тебя более счастливым, — заметил он.

— Не пойму, о чем ты. День прошел как нельзя лучше, — с ледяным сарказмом бросила она, по-прежнему принужденно улыбаясь.

— Ты вышла за меня по неверным мотивам. Хотела угодить Элеоноре и Симону, а не ради нас с тобой.

Она и не подумала отрицать правоту его слов.

— А ты? Женился по верным мотивам?

— Абсолютно, — уверенно кивнул он.

"Розамонд прикусила губу, снова вспомнив, как грозилась, что он никогда не получит ее сердца. И его ответ поднял в ней бурю негодования. «Я удовольствуюсь твоим телом… и твоими замками…» Вот они, его мотивы!

— Что ж, как бы ни было, а брак заключен, на счастье или беду! — рассмеялась Розамонд, чтобы скрыть боль обиды, и, нагнувшись к туалетному столику, стала разбирать вещи, принесенные Нэн. — Странно, — пробормотала она, подняв кинжал брата, найденный в Дирхерсте.

Подошедший Род взял у нее серебряный клинок.

— Твоя служанка посчитала, что он тебе понадобится.

Розамонд непонимающе уставилась на него. Он объяснил:

— Нэн, очевидно, уверена, что ты подарила мне свою невинность. — Приблизившись к кровати, Род полоснул кинжалом по пальцу: несколько капель алой крови упали на белое полотно. — Она не понимает, что ты не желаешь ничего отдавать мне.

— Я вышла за тебя, принесла приданое, но не жди, что так же добровольно позволю взять свое тело! — прошипела Розамонд.

Род обжег ее изумрудным сиянием глаз.

— Я хочу, чтобы ты пришла ко мне, не просто исполняя долг. Хочу, чтобы ты сгорала от желания.

— Никогда! — вскрикнула она. — Никогда!

Мужская гордость Рода была задета столь решительны отказом, однако он не повысил голоса.

— А вот тут, любовь моя, ты жестоко ошибаешься.

Он шагнул к ней, бесшумно, грациозно, как хищник, загоняющий выбранную добычу.