Брачный договор с любимым незнакомцем

Это казалось немного грустным, но при этом внутри постепенно разгорались и другие приятные эмоции.

Тёплой ночью, раскрашенной яркими отблесками, мы шли по пустым дорожках и слушали шелест ветра в кронах деревьев, стрёкот в ночи. И ощущалось между нами нечто странное. Мы были друг для друга уже не незнакомцами, но ещё не близкими.

– И всё-таки я тебя не понимаю, – вдруг высказала я свои мысли, когда мы шли по мостику через пруд.

Остановившись, Мейсон внимательно на меня посмотрел.

– Мне, конечно, безумно приятно, но почти все гувернантки всю жизнь учили, что для удачного брака я должна стать идеальной.

Договорить жених мне не позволил. Обхватив меня за талию, под мой испуганный вздох он приподнял меня и усадил на перилах. Мне было не слишком удобно, но зато наши глаза наконец-то оказались на одном уровне.

– Эсси, – выдохнул Мейсон, и от его низкого голоса у меня привычно пробежали мурашки и затуманилось в голове. – Почему у тебя совершенно нет мыслей, что ты просто мне понравилась? До безумия.

– Потому что я делала всё, чтобы не понравиться?

48

– Ты с треском провалилась, – хитро сообщил жених, заглядывая мне в глаза, а руки его в этот момент чувственно скользили у меня по спине, чуть спускались на бёдра и всячески отвлекали моё внимание от важного разговора.

– Да, – честно призналась я.

Секунду он помолчал, словно подбирая ответ. А затем с пугающей искренностью, чеканя каждое слово, сообщил:

– Я. Хочу. Тебя.

От этих слов у меня окончательно поплыло сознание. По всему телу прокатился жар. Казалось бы, мужчина заявил мне нечто весьма бесстыдное, но я обрадовалась этому как исполнению сокровенного желания.

"– Я хочу тебя на всю жизнь, – меж тем уточнил Мейсон. – Чтобы ты была только моей. Чтобы просыпалась со мной в одной постели и каждый вечер желала спокойной ночи. Хочу, чтобы мы вместе сидели вечерами у камина и путешествовали днём хоть по столице, хоть по империи, хоть по миру.

– Но что такого особенного ты во мне нашёл? – попыталась я упереться в последний раз, однако уже понимала свой провал.