Бернаут

Она всегда говорила: перед тем как снимать, нужно исследовать человека изнутри. Если это актер – посмотреть фильмы, если музыкант – понять песни. Иногда достаточно просто долго наблюдать за чужой жизнью, чтобы отыскать настоящего человека внутри. Того, кто спрятан.

Обернувшись, я бросила взгляд на мирно спящего парня. Хочу ли я узнать тебя ближе, Реми Беланже? Я сама не понимала. Но все равно сменила свой пятидесятимиллиметровый портретник на длиннофокусную оптику, доставшуюся от прошлого хозяина камеры. Наверное, в этот момент и наступило смирение.

Тихо отворив дверь, я вышла наружу, вдыхая тишину и рассветную дымку вместе с прохладой, еще мерцающей в каплях росы на сырых камнях. Утро нараспашку – именно так оно ощущалось. Как и все это место. Вокруг было тихо, но идти на кухню завтракать не хотелось. Я направилась в другую сторону – медленно, каждый раз останавливаясь, чтобы увидеть то или иное место через объектив.

Сегодня по расписанию был день Марса, и так как я ни разу не видела его команду, то не была уверена, что она вообще у него имеется.

Кто-то неожиданно окликнул.

– Не спишь?

Я обернулась. Позади стоял Марс, уже полностью переодетый в экипировку, одной рукой придерживая шлем.

– Реми разбудил, – ответила я, снова отвернувшись, – теперь не спится.

– Своим храпом?

Я закрыла глаза, стараясь не рассмеяться. Чувствуя, как Марс тоже улыбается. И несмотря на то, что я должна была всей душой и сердцем ненавидеть этого человека, у меня это не получалось. Мне просто было не за что.

– Че-е-ерт, – простонала я, – ты тоже в курсе?

– Если будет совсем невмоготу, можешь приходить ночевать ко мне.

Я хмыкнула, представив выражение лица Бланжа:

– Спасибо за предложение.

Сегодня он был явно в лучшем расположении духа, чем когда мы болтали в прошлый раз.

– Красивый сегодня рассвет.

Я невольно кивнула. Солнце позолотило песок, превратив его в россыпь сверкающих камней. Марс вдруг присел рядом.

– Я обычно по утрам ни с кем не делюсь этим местом, – произнес он."

"– Ну, учитывая, что я оказалась здесь по твоей вине, ты мне должен. – Смысла скрывать все равно не было. Он еще в наш прошлый разговор ясно дал понять, что не верит в наш с Бланжем театр.