Брачная ночь с графом

Еще до встречи с Энни многие женщины пытались завлечь его, очаровать или соблазнить, и он научился избегать их всех. А вот мисс Райт… Едва ли она старалась как-то привлечь его внимание. Да, едва ли, но именно это и произошло.

– Она не пожелала сначала даже поговорить со мной, – пробормотал он себе под нос. – И мне пришлось проявить настойчивость.

«Ох, не следовало мне целовать ее», – подумал Адам уже, наверное, в тысячный раз.

Но если уж он решил это сделать, то надо было поцеловать ее мягко и нежно… и побыстрее закончить с этим.

«Но ведь она-то не возражала, верно?» – подумал Адам с улыбкой. Да-да, она не возражала, ничего не имела против. И, наверное, ему крупно повезло, что он не напугал ее своей безудержной страстью – иначе она бросилась бы в дом, чтобы рассказать своим дядям, как неучтиво обошелся с ней лорд Грейхок.

Почувствовав беспокойство хозяина, Фараон внимательно посмотрел на него со своего места у камина, потом, зевнув, нехотя поднялся и подошел к креслу. Усевшись рядом с хозяином, пес пристально уставился на него, словно ожидал, что он еще скажет.

Невольно улыбнувшись, Адам проговорил:

– Знаешь, я хотел бы, чтобы этих поцелуев вообще не было.

Фараон тихо тявкнул.

– Я знал, что не надо это делать, но не смог удержаться, – продолжал граф. – Хотя… Если честно, меня слишком сильно влекло к ней, потому и не удалось устоять перед искушением. Да, меня неудержимо потянуло к ней. И потом… Ей хотелось того же, понимаешь? Поэтому именно она виновата в том, что я не могу выбросить ее из головы. Стараюсь, но не могу.

Фараон глухо зарычал, словно протестуя, затем облизнулся и снова тявкнул.

– Да, верно, – с улыбкой согласился Адам. – У нее изумительный вкус. Но все же мне не следовало это делать. Она представляет серьезную угрозу для моего душевного спокойствия – и ночью, и днем. Это чертовски расстраивает и выводит из равновесия, – продолжал граф, внимательно глядя на собаку. – Не понимаю, что со мной не так. Я все еще переживаю этот поцелуй… словно неопытный юнец."

"Тут дверь приоткрылась, и Фараон с хозяином одновременно повернули головы.