Большое зло и мелкие пакости

Вполне достойные друг друга персонажи.

— Мой брат умер, и теперь меня пытаются ограбить. Но вы еще пожалеете, что затеяли все это!

— Мы — это кто? — спросил Никоненко, с опаской пристраиваясь на забрызганную чем-то жирным табуретку.

— Вы все! — гаркнула Инесса. — Все прохиндеи и жулики, которым Арни завещал свои картины! Я отдала ему всю жизнь, я вырастила его, я была рядом с ним в самые трудные времена, и вот его благодарность — он не оставил мне ничего. Ни-че-го!

— Как — совсем ничего? — перепугался “Федор Иванович Анискин”.

— Только квартиру и десяток картин! И это после всего, что я для него сделала! Я отказалась от личной жизни, я ухаживала за ним, я не пустила на порог идиотку, на которой он женился, а он так поступил со мной!

— Десяток картин — это мало? — спросил Никоненко.

— Ну, знаете! — Инесса зловеще потянула носом. — Он должен был оставить мне все! Все, понимаете! Он как с цепи сорвался! Он оставил все той шлюхе и ее ублюдку-сыну! Он посмел так поступить со мной! И все теперь надо мной смеются!

— Что? — осторожно уточнил Никоненко.

— Да все! — выкрикнула пламенная революционерка и потушила окурок прямо о клеенку. Кошка презрительно дернула острыми ушами. — Дом в Барвихе, деньги, драгоценности, и еще дом в Юрмале, и все свои остальные картины! Как будто не я его вдохновляла, учила, заставляла работать!

Наверное, не ты, быстро подумал капитан, а вслух спросил:

— Вы жили вместе с ним?

Инесса, очевидно, заподозрила неладное, потому что нацепила очки, выуженные из кучи грязной посуды на столе, и посмотрела на Игоря внимательно.

— Ну конечно, я жила вместе с ним! Где же мне еще было жить! Я ухаживала за ним, я, а не та шлюха!

Как именно Инесса-Фанни ухаживала за своим братом, вполне можно было судить по кухне.

— Но я просто так не сдамся. Я докажу, что завещание липовое! Это она заставила его написать. Она его вынудила.

— Под пистолетом? — спросил Никоненко.

Сестра гения перестала его забавлять.