Большое зло и мелкие пакости

Секретарша сунулась было выяснить причину, но Евгений Петрович посмотрел на нее так, как на него самого смотрел когда-то декан факультета международных отношений. Секретарша моментально заткнулась и убралась восвояси.

Первушин усмехнулся. Он долго тренировал такой взгляд и преуспел. Научился.

Капитан оказался высоким молодым человеком в джинсах и кожаной куртке. Первушин рассматривал его, пока он шел к столу. Почему-то он думал, что капитан прибудет в форме и бронежилете веселенького зеленого цвета, как у гаишников на шоссе.

Впрочем, Евгений Петрович о капитане особенно не думал.

— Что за срочность такая, Игорь Владимирович? — спросил он, когда капитан уселся, вытянув длинные ноги. — Неужели не нашли?

— Пока нет, — сознался Никоненко, — пришли у вас помощи просить.

Его забавляло, что все время его кидает из стороны в сторону — из сидоринской больницы с облупившимися стенами в квартиру Дины Больц, и еще в потаповский “Мерседес”, и в Алинин офис, а теперь вот в еще один офис, где все по-государственному, по-чиновничьи надежно и тяжеловесно: темные паркетные полы, зеленые шторы, громадный стол и неудобные кожаные стулья с рядами медных кнопок на спинках.

— Спрашивайте, — разрешил Евгений Петрович, — чем смогу, помогу.

Кофе он капитану не предлагал. Очевидно, здесь это было не принято. Впрочем, капитану вполне хватило вчерашнего кофе."

"— Я вот о чем хотел спросить вас, Евгений Петрович, — заговорил “Анискин” ласково, — беда у нас. Никто ничего не видел, и получается так, как будто стрелять было и некому.

Может быть, вы видели?

Евгений Петрович пожал консервативными пиджачными плечами.

— Так ведь на то оно и заказное убийство, чтобы никто ничего не видел, а труп исполнителя потом в Москве-реке нашли. Разве нет? Кроме того, наши правоохранительные органы пока что испытывают известные трудности с раскрытием заказных убийств.

Никоненко моргнул. К словесным пируэтам Первушина он готов не был.

— Всякое бывает, — сказал он, собравшись с силами.

Федор Иванович Анискин от красоты и гладкости первушинской речи забился куда-то в угол. Никоненко нашел его и выдвинул в авангард: — Только вы не правы, не правы, дорогой Евгений Петрович! Никакое это не заказное убийство, а самое что ни на есть обыкновенное, пошленькое и простенькое покушение на никому не известную особу по имени Мария Суркова, кстати, вашу одноклассницу. Вспоминаете такую?

— Как — одноклассницу? — даже несколько обиделся Евгений Петрович.