Божественная бездна

И все бы было хорошо, но безопасного места уже хватпло не всем. Даже учитывая, что я стоял на раскаленном песке, от которого загоралась кожа, еще трое оказались в таком же положении.

— Как? — ошарашенно переспросила фея. — Возможно, надо попробовать. Что ты задумал?

В этом он был прав. Если в прошлом испытании нам удалось застать противника врасплох, то сейчас они явно действовали так, как привыкли, объединившись, пусть и на короткое время, в обычные отряды с тяжелыми рыцарями, лучниками и магами поддержки.

Что за чертовщина происходит?

— Песок — это лава! — бодро сказал Распорядитель, и под ногами вспыхнуло пламя. Я едва успел прыгнуть на островок безопасности, уже занятый дварфом, наотмашь ударившим меня секирой. Руку ожгло болью, чужеродный магический огонь прошел по спине, но я сумел втиснуться в крохотный круг и поймать рукоять топора противника, не давая себя разрубить.

«Да, но тебе нужно срочно искать точку, иначе тебя просто засосет внутрь. Лава-то жидкая», — ответила Веста, складывая сложные печати и начиная шептать заклятье. Моему движению это совершенно не мешало. Подхватив нагревшуюся половинку нагрудника, я зачерпнул им песка, а затем с разбегу зашвырнул в толпу рабовладельцев, подняв облако пыли и на несколько секунд перекрыв обзор.

— О боги, верно! — воспаряла духом фея.

«Можешь поджечь этого урода?» — мысленно спросил я у феи.

Твари в долгу не остались, и в меня прилетело несколько стрел, по счастью, задевших только по касательной. Их прицелу мешали как летящие снаряды, так и песок, постепенно нагревающийся все больше. Он проседал, опускаясь ниже и заставляя выделяться небольшие холмики — островки относительного спокойствия и умеренной температуры.

— В ты только заметила? — усмехнулся я, подавляя желание орать матом. — Нужно найти ближайшую точку и добраться до нее. Снег растает быстро, лава продолжит пылать, может, только корочкой ненадолго покроется. Значит, действовать нужно сейчас.

В некоторых местах сугробы быстро проседали, лед таял, и вскипевшая вода поднималась густым горячим паром. Попаду в лужу — окаменею и останусь стоять статуей.