Ботаники не сдаются

Но три из них самые существенные: у меня нет отдельного жилья — это квартира принадлежит родителям, у меня маленькая зарплата, не позволяющая лечить ребенка, и главное — у меня нет семьи.

— То есть как это нет? А мы? — возмутилась я, но тут же и сама осеклась: — А-а.

— Угу, — невесело усмехнулась Светка, подтверждая мою догадку. — У меня нет мужа, Кать, приличного человека твердо стоящего на ногах, и это проблема. Дети должны расти в полноценной и желательно обеспеченной семье.

Мы обе замолчали.

— Свет, а давай расскажем папе? Он обязательно что-нибудь придумает!

— Нет, Умка, — сестра покачала головой.

— Да ты чего! — я прыснула. — Они там в саркофаге вампирском лежат, медитируют и чакры открывают под музыку падших ангелов.

— Ой, — Светка отмахнулась, — Америку они там открывают раньше времени.

Чайник закипел, и я сделала кофе. Добавила в чашки молока. Возиться с кофеваркой совсем не хотелось.

— Тебе с сахаром? — спросила.

— Да все равно, — ответила Светка. Настроения у нее не было, она встала и захватила чашку. — Спасибо, Умочка, — сказала. — Пойду я к себе. Подумать хочу, как быть.

— А кому ты звонила? — я обернулась ей вслед.

— Витьке Артемьеву.

Виктор был одноклассником сестры, ее школьным приятелем и соседом — жил с семьей двумя этажами выше. Наши родители дружили, так что я его очень хорошо знала, и жену его Таню тоже.

Если Виктору, значит и правда Светка огорчена. Я помнила из семейных разговоров, что именно он ей когда-то помог избавиться от Феликса — сынка влиятельного.

— А-а, ясно, — кивнула. — И что он сказал?

— Да так. — Света пожала плечами.

Сестра чмокнула меня в щеку и ушла. А я осталась сидеть с шоколадкой и «ленивым» капучино в руках, понимая, что вот они какие, оказываются, настоящие человеческие проблемы, не то что у меня.

Уже укладываясь спать и подбивая под головой подушку, внезапно услышала, как в телефоне сработала оповещалка. Гаджет лежал рядышком, и я протянула руку и включила экран.