Босиком в саду камней 3

О, Боги! Она протягивает его принцу Сан Тану! А он улыбается, пьяный от счастья! Еще немного, и я увижу первый поцелуй! А, может, уже и не первый.

— Сан Тан! — мой голос поневоле срывается на крик.

Они шарахаются друг от друга, словно воры, пойманные с поличным. Щечки Миньминь красные от стыда. Хулиганка, ты что творишь⁈ Не пообещай я твоей матери заботиться о тебе, ты бы пулей отлетела отсюда в самый отдаленный от Пекина монастырь!

— Старшая матушка… — Сан Тан инстинктивно закрывает девушку своей широкой спиной.

Видный парень. Не красавчик, нет в нем ни капли слащавости и дендизма, которые присущи придворным нашим щеголям. Эти ходят с веерами и в шелках. Сан Тан немногословен, надежен и силен. Одевается просто, тона предпочитает темные. Я словно вижу юного Лина.

Невольно любуюсь сыном, но тут же вспоминаю, что он натворил. Строго говорю:

— Миньминь, подойди ко мне.

Седьмую принцессу трудно смутить, но видать, понимает, что дело серьезно. Инцест — это вам не шутки! Хотя фактически никакие они не брат с сестрой.

— Старшая мама, — принцесса неуклюже делает придворный реверанс.

— Иди к леди Лао, у нее опять нитки запутались.

— Как прикажете.

Она бросает отчаянный взгляд на Сан Тана. Тот сдвигает брови. Спаси меня, Конфуций! Мне безумно жалко этих двоих! Они влюблены, это видно.

У меня, матери Сан Тана прямо сердце на разрыв. Я желаю сыну счастья. Но почему из всех девушек империи он выбрал самую неподходящую⁈ Хотя бы кузина. Императоры Великой Мин женились на своих двоюродных сестрах и племянницах, так уже бывало. Но не на родных же сестрах!

Не-воз-мож-но.

— Ты хоть понимаешь, что творишь? — говорю я, когда принцесса уходит.

— Я люблю ее, — он как в омут кидается. — Все понимаю, но — люблю.

— Я как раз сегодня хотела поговорить о твоей женитьбе.

— Да рано еще, — хмурится Сан Тан.

Ха! Рано! Там все уже выросло! Как он на нее смотрел, на эту чертовку! Я знаю, что сын служанками не интересуется, юбки им не задирает. Наложницу не просит, хотя уже имеет право: ему шестнадцать, почти семнадцать. Но он хранит себя для единственной.

Мне плохо. Я готова самолично зашвырнуть обоих в колесо Сансары, чтобы переродились во что-то подходящее для брака. Хоть в кроликов! Но только не так.