Босиком по осколкам (СИ)

Я погладила ее по спине и прикусила нижнюю губу.

— Давай я чай заварю, и ты мне всё расскажешь, — вздохнула и встала, направляясь к чайнику.

Не сразу, но Мила чуть успокоилась, хотя всё равно иногда продолжала всхлипывать.

— Помнишь, я тебе говорила, что встречалась с бизнесменом? — спросила у меня, сморкаясь в платочек.

Я заварила чай и подала одну чашку ей.

— Который электроникой занимался?

Что-то такое припоминала. Помню, что не одобряла ее встречи с человеком старше на пятнадцать лет.

— Который обещал развестись с женой и на мне жениться, — выговорила Мила и снова заревела, прикрывая ладонями лицо.

— Мил, — начала говорить, но ни слова не смогла выговорить, ведь не хотелось сыпать соль на ее девичьи раны.

Я еще тогда говорила, что не стоит верить всем словам, которые говорят мужчины, в особенности, когда ему нравится женщина. Понимала, что права, но больше всего мне сейчас было жалко Милу.

— Ничего страшного, будет другой мужчина, который тебя полюбит и не будет занят, — погладила ее по коленке, никак не комментируя ее наивность и влюбленность в женатого, хотя в душе не одобряла ее выбор и действия.

— Не будет ничего уже у меня, не будет, — всхлипнула и разревелась, отчего глаза у нее стали аки щелочки, а лицо опухло.

— Что случилось? — спросила, в напряжении ожидая, что она скажет.

Вот только вместо ответа она опустила глаза вниз и положила руки на живот. Я проследила за ней взглядом и всё поняла без слов. Прикрыла глаза, ведь в этот момент ничего ободряющего сказать я не могла.

— Родителям сказала? — спросила у нее.

— Думаешь, им есть до этого дело? У них свои своих проблем хватает, — осипшим глухим тоном ответила она и уткнулась мне в грудь.

Футболка быстро пропиталась ее слезами, а мне стало еще больше обидно за нее. В такой ситуации родители из глубинки ничем не могли ей помочь. Мать — доярка, отец — обычный трудовик в школе, а с учетом славы ее старшей сестры, они первыми заклюют Милу и закидают камнями.

Кое-как успокоив ее, уговорила лечь спать, в таком состоянии ничего решать нельзя.

— А мужчине сказала? — спросила ее в конце, отчего-то знала, каков будет ее ответ.

— Он деньги дал, — глухо ответила она, легла на кровать на спину и бездумным взглядом посмотрела на потолок.

— Будет поддерживать ребенка? — переспросила, неправильно понимая ее слова.

Она отрицательно покачала головой и прикрыла глаза.