Босиком по стеклу

 — Это важно! Очень важно! — метнулась она к столу, хватая тёмно-красную папку. — Ты должен это увидеть! Должен узнать всю правду об этой девчонке! Это всё она! Всё, что случилось с твоей компанией, все твои убытки — её рук дело!

— Господи, мам! — зарычал, отшатнувшись от неё, словно от разносчика сибирской язвой. Как не посмотри, но с одним стаканом я наш разговор точно не выдержу. — Может, хватит уже этого бреда! Я знаю, что ты всегда с трудом выносила Даяну, но утверждать, что именно она виновата в моих проблемах, — верх цинизма! Да она же ещё ребёнок! Глупая девчонка, незнающая даже самых простых законов бизнеса!

— Она, может, и ребёнок! А вот Моргай Мейер, с которым она могла всё это время сотрудничать, далеко не ребёнок! Просто взгляни на это! — снова прянула мне папку, продолжая настаивать на своём.

 — Если бы не твой дядя, то мы бы никогда не узнали, что Даяна та самая крыса! И я даже не удивлюсь, если это похищение — самое обычное представление для замыливания её побега!

— Заткнись! — схватив мать за предплечье, я с такой силой оттолкнул её от себя, что, не удержавшись на высоких каблуках, она свалилась на пол.

Её испуганные глаза впились в меня, заставляя почувствовать себя чудовищем! Мерзкой, ничтожной тварью, поднявшей руку на женщину, готовую отдать за меня всю свою жизнь. Мне не хотелось срываться на матери, но эти слова стали для меня последней каплей. Как не посмотри, но она выбрала далеко не самый подходящий момент для того, чтобы настроить меня против Даяны.

«Блядь!» — всё внутри перевернулось, сотрясая тело в лихорадочном желании уйти под землю, только бы остаться в одиночестве!

— Уйди! Прошу тебя, мам, уйди! — быстро опустошив ещё один бокал, чувствуя, что уже начинаю подходить к своему пределу, я достал сигарету.

Очередная ссора с выяснением отношений было последним, чем бы мне хотелось закончить этот день! — Я не хочу причинять тебе вред, но если ты продолжишь, то боюсь, что выбора у меня уже не будет!

— Хорошо, — покорно прощебетала мать, потянувшись за вылетевшей из рук папкой.

Неспешно поднявшись на ноги, она осмотрела платье, поправила растрёпанные волосы и, сделав глубокий, рваный вдох, словно вот-вот сорвётся на слёзы, поковыляла в мою сторону. — Больше я тебя не побеспокою.

Оставив около меня принесённые доказательства, положив их на барную стойку, она прошла к лифту. С её уходом наступила долгожданная тишина. Тишина пустой квартиры, в которой каждая невзрачная вещь напоминала мне о Даяне.