Босиком по стеклу

— И что же потом? Снова уберёшь виновника?

— Если всё так просто, то для начала виновник ограничится предупреждением, — откинулся на спинку кресла, доставая сигареты, — а если окажется рыбкой покрупнее, то будем решать вопрос так, чтобы у него больше не появилось желания поднимать голову.

— Хочешь сказать, если у него останется голова, — усмехнулся, вздёрнув бровь. — Кларк Мейер стал одним из немногих, кто откровенно наплевал на твоё предложение не высовываться. Удивительно, как это его дочь смогла ужиться в одном доме с его убийцей.

Стоило Алексу упомянуть Даяну, и меня словно ударило током. Наша последняя встреча стала своеобразным подобием прощания. Расстояние между нами увеличилось до Гранд-Каньйона. Как удивительно порой бывает, вот ты находишься всего в нескольких миллиметрах от того, кого любишь, а в следующую минуту вы начинаете жить на разных планетах.

— Не забывай, что убил его именно ты, — тёплый дым наполнял легкие, помогая опьянеть. Сейчас мне не хотелось думать ни о Даяне, ни о том, какое место она сумела занять в моей умеренно беспорядочной жизни.

— Не забывай, что пистолет невозможно обвинить в том, что из него вылетела пуля, — сострил Кросс, разваливаясь в кресле. — Я лишь оружие в руках нанимателя, и не от меня зависит, спустится курок или нет.

— Простите, — подошла к нам давно примеченная Алексом красавица, раз и навсегда прекращая любые разговоры. — У вас случайно не найдётся лишней сигареты?

Карие глаза заблестели пороком, когда уперевшись рукой в наш стол, она прижалась бедром к толстому краю.

— Конечно, — улыбнулся Алекс, протягивая ей пачку Джорджа Карелиса.

— А как насчёт вас? — снова повернулась ко мне, прокручивая в пальчиках полученную сигарету.

Её откровенный призыв не остался не понятым. Повержено улыбнувшись, Кросс откинулся на спинку кресла, понимая, что эта рыбка проплыла мимо его крючка."

"— Предпочитаю курить в куда более интимной обстановке, — подмигнул ей идти вперёд, и она тут же сделала шаг назад, соблазнительно выставляя на моё обозрение круглую задницу. Упругие ягодицы напоминали раскачивающийся маятник, вырисовывающий отменные восьмёрки.