Босая для сурового

Мадам не жалеет бабла, и покупает настолько дорогие туфли для меня, что у меня чуть ли глаза на лоб от ценника не лезут. Молчу себе тихонько, надеясь, что мне все же не придется ходить на этих ходулях, так как на них я точно сломаю себе ноги.

Проходя мимо отдела с кроссовками, зависаю на одних из них. Белые с розовыми вставками. До чего же красивые. Смотрю на свои ноги в шлепанцах и на эти кроссовки, сжимая зубы.

– Нравятся?

– Ага.

– Мы берем их.

Непонимающе смотрю на Стеллу.

– Правда, можно?

– Конечно.

Не могу сдержать улыбки, надевая эти кроссовки.

– Это еще не все, девочка. Идем."

"Стелла берет меня под руку, и на этот раз ведет в место, где я вообще никогда не была, лишь могла наблюдать на всей этой красотой из витрин магазинов. Она приводит меня в магазин, где продают нижнее белье, и судя по ценам, просто королевское.

– Ну, зачем это? У меня все есть.

– Идите в примерочную. Снимайте верхнюю одежду.

Я ною еще пару минут, пока все же не захожу в кабинку и не снимаю верхнее шмотье из себя, представая перед Стеллой в одном только белье. Она сканирует меня с головы до пят, после чего неудовлетворенно качает головой.

– Фигурка конечно, у вас модельная, дюймовочка просто, но то, что вы напялили на себя, бельем назвать трудно. Нет, это никуда не годится, и это все надо немедленно сжечь. Сейчас все подберем, не волнуйтесь.

Стелла уходит, и через пять минут возвращается с целым ворохом самых разных комплектов, от которых у меня дух захватывает.

– Примерьте.

– Да чтоб вас…

Беру эти тряпки и перемериваю каждую. Мне никогда моя фигура не нравилась, я вообще не любила смотреться в зеркало, однако это нижнее белье мерить мне приятно. Оно безумно красивое, кружевное. Особенно нравится белое и красное.

Аж дух захватывает, и впервые в жизни, смотря в зеркало, я не отворачиваюсь. У меня очень стройные ноги и тонкая талия.

– Воот, это уже мне нравится. Этот точно оставим. И еще три других, которых до этого примеряли.

Стелла удовлетворенно хлопает в ладоши, когда видит меня в красном комплекте, а я…избавляюсь от улыбки как только понимаю, что все это не простые подарки от Всеволода Генриховича.